WWW.LIB.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные материалы
 

Pages:   || 2 | 3 |

«Безмазхабность - худшее из нововведений угрожающих исламскому шариату Вступление Предисловие к новому изданию. Предисловие ко второму изданию Слова моего отца Предисловие к первому изданию. Краткое ...»

-- [ Страница 1 ] --

Безмазхабность - худшее из нововведений угрожающих

исламскому шариату

Вступление

Предисловие к новому изданию.

Предисловие ко второму изданию

Слова моего отца

Предисловие к первому изданию.

Краткое содержание брошюры Ходжанди.

То, в чем нет разногласий.

Новое, о чем говорится в брошюре, доказательства, приведенные в ней, и их

опровержение

О том, что таклид неизбежен, что нет преграды следовать конкретному мазхабу, и

аргументы в пользу этого

Что означает таклид за имамом и приверженность его мазхабу?

Когда необходимо отойти от следования за мазхабом и его имамом

Что произойдет, если все люди обратятся к безмазхабности?

Краткое содержание диспута, имевшего места между мною и одним из приверженцев безмазхабности.

Послесловие

Приложение. Ответ на опровержение на книгу Аллямазхабия... выпущенную аль-Альбани и другими авторами.

Надпись на задней обложке книги.

Вступление Во Имя Аллаха Милостивого, Милосердного.

Я восхваляю Аллаха за Его милости и щедроты, и благословляю и приветствую Его Пророка Мухаммада, его семью, сподвижников и последователей. О Аллах, я прибегаю к Твоей защите от самонадеянности в том, чему я обучаю или изучаю, и к Твоей защите от того, чтобы уделом моим в составлении этой книги было одно из скрытых пристрастий души или ненавистный фанатизм, внушаемые шайтаном или страстью.

Я прошу Тебя, о Аллах, объединить нас и наших братьев так, чтобы опустились завесы с глаз, и чтобы сердца наши покинули наущения и корысть.



Я умоляю Тебя даровать нам милость искренности, чтобы нашей целью в преподносимом нами было только следование тому, в чем Твое благоволение, поистине, Ты Благоволящий, Милосердный.

–  –  –

Это особое издание, с новым порядком, отличающим его. Ранее эта книга была издана почти десять тиражей, напечатанная офсетной печатью, и я не прибавлял в течение этого времени к предисловию второго издания ничего. Однако сейчас я хочу воспользоваться выходом нового издания, чтобы сказать следующее.

Что касается разъяснения истины научным языком и методом, далеким от нанесения обид и желания оскорбить других, то это то, чем необходимо заниматься каждому, одаренному такой способностью. И к этому относятся слова Всевышнего: «Пусть будет из числа вас группа людей, призывающая к добру, повелевающая одобряемое и запрещающая порицаемое, они и есть преуспевшие».

Что касается превращения этого разъяснения впоследствии в серию споров и опровержений, следующих друг за другом, и использования обидных слов и неприличных выражений для утоления жажды ненависти и достижения личной победы, то это и есть тот спор, который запрещен нам. И да упасет нас Аллах от него, и пусть написанное является разъяснением истины, или соответствует смыслу почтенного аята. Что касается разъяснения истины, то это то, в чем оказал мне поддержку Аллах во время написания этой книги. И скоро ее издание будет обновлено, и книга будет переиздаваться до тех пор, пока люди будут нуждаться в ней.

Что касается тех, на которых не произвело впечатления разъяснение этой истины, то они приступили к ругани и к употреблению мерзких, обидных и неприличных слов. Это то, от чего я прошу защиты у Всевышнего, зашиты от того, чтобы погрузиться в это или же оступиться на этом.

Разъяснение истины в рамках, в которых необходимо ее разъяснить, есть один из наиважнейших факторов единения и сплочения группировок и утверждения здорового сознания.





Это и есть то, к чему я приступил. Что касается споров, препирательств и ответов на обидное высказывание, то это – из наиопаснейших факторов разъединения и причин, приводящих к расколу. Это то, от чего я прошу Аллаха избавить меня, и отдалить меня от участия в этом, также как я прошу Его (Свят Он) не зарождать в наших сердцах ненависть к тем, которые уверовали, и прошу объединить нас на Его прямом пути, и завершить нашу жизнь тем, что Его удовлетворяет.

Хвала Аллаху, Господу Миров.

–  –  –

Я долго колебался в переиздании этой книги и продолжал спрашивать себя, привело ли распространение мною этого труда к расколу мусульман, или ослаблению их единства.

Есть ли в этой книге что-либо оскорбительное хотя бы для одного человека. Отклонился ли я хотя бы в одной строчке из написанного мною от чисто научной оценки в сторону пререканий или пустой болтовни, которая вызывает ненависть в душе и не избавляет от сомнений в мыслях? Что касается вероятности оскорбления и схода с высот научного прения к хуле других людей или же злословию о них, то я перечел все, строчка за строчкой из того, что я написал, читая то глазами оппонента, то – глазами неискушенного читателя. Я не наткнулся, хвала Аллаху, ни на одну строку, смыслом и содержанием которой я оскорбил бы хоть одного человека.

Что касается вероятности того, что я пошатнул путем распространения этого научного диспута единство мусульман, то я начал прислушиваться к откликам различных групп читателей на мою книгу. Учитывая различие их мнений и направлений, я обратился к большому потоку писем, которые пришли ко мне по поводу этой книги. И я не заметил, что я расколол мусульман или же ослабил их единство, или же помешал объединению.

Напротив, та реакция, которую вызвало распространение этой книги, кардинально противоположна этому. Распространение этой книги привело к двум противоположным по значению последствиям, каждое из которых помогло объединить многочисленные расколовшиеся группы мусульман на умеренных взглядах, в которых нет крайностей.

Среди читателей были те, кто в следовании одному из четырех мазхабов дошли до фанатизма и нововведения. И не совершают молитвы, будучи шафиитом, за ханифитом, и не позволяет себе выходить за рамки следования за своим имамом в том вопросе, в котором он изучил аргументы Корана и сунны и обнаружил, что аргументы не в пользу его мазхаба. Когда эти люди прочли то, что я написал по этой теме, они отказались от своего фанатизма и пришли к здравым взглядам и исследовательской работе, и заняли по этому вопросу умеренную позицию.

Среди читателей были те, которые по отношению к имамам заняли другую позицию, являющую удивительно полное невежество. Один из них считал, четырех имамов никем иным, как соперничающими в своих установлениях с шариатом Посланника Аллаха (мир ему и благословение), и их целью было отклонить людей от его шариата к своим мазхабам, и они обязаны, по их убеждению, только устранять эти вредные, конкурирующие препятствия, которые стали между ними и Посланником Аллаха (мир ему и благословение). И когда эти люди прочли мою книгу, они очнулись, сожалея и чувствуя боль из-за своего опасного невежества, и поняли, что мазхабы четырх имамов не что иное как лестница, необходимая для достижения следования пути Посланника Аллаха (мир ему и благословение), и совершенно невозможно, чтобы они являлись конкурирующими школами, препятствующими достижению истины. И эти читатели сошлись с вышеупомянутыми на умеренном и прямом пути.

Во многих письмах, которые приходили ко мне, и в моих многочисленных встречах с братьями я увидел много примеров этих двух вышеупомянутых результатов, которые объединили на широком и прямом пути, к которому стремятся все мусульмане, многочисленные группы людей, которые были разобщены и находились одни по левую, а другие – по правую сторону.

Разобщил ли я ряды мусульман своей книгой или же объединил их? Рассеял ли я их в пустынях замешательств и разногласий, или же я вывел их из этих пустынь к озаренному разуму и здравой логике?

2. Но ты, читатель можешь сказать, что есть люди, которые ослабли из-за того, что я написал, и появился вред, разрушающий единство мусульман и их верные убеждения.

Среди них есть те, кому неприятна эта книга, и они прилагают все усилия к тому, чтобы оградить людей от этой книги.

Это верно! Среди людей есть те, кто впал в это, и среди них есть те, кто назвал эту книгу так, что стыдно и писать это! И по мнению некоторых из них я был неграмотным, несущим вздор лжецом.

Однако все это не означает, что я не объединил мысли многих людей, приверженцев разных групп, и не дал им узреть истинный путь, от которого не отклонялись саляфу ассалихин (праведные предки) с самого начала исламской истории и до наших дней.

Сами эти люди сказали об этих мазхабах, что это нововведение (бида), привнесенное в религию, и к религии никакого отношения не имеют.

Книги ученых мазхабов они назвали книгами «препятствующими», однако все это не изменило истины, о которой знали все поколения, и относительно которой взгляды всех мусульман были едины, поколение за поколением. Эта истина в том, что мазхабы - сердцевина ислама и его сущность. Это то, что давало понимать мусульманам, во все времена, положения их религии и облегчало им путь следования Книге их Господа и сунне их Пророка.

Если эти несправедливые слова – удел четырех имамов, то куда легче и справедливее, чтобы я удостоился того же, что и они, поскольку я защищаю этих имамов.

Однако я возвращаюсь, чтобы сказать, злословил ли я и оскорбил ли я тем, что я написал, хоть кого-то? Наполнил ли я свою речь чем-либо помимо относящегося к научному диспуту? Ввел ли я мусульман написанным мной в замешательство и сомнение, или же я вывел их из этого? … К тому же, мог ли я, будучи мусульманином, которого судьба почтила возможностью быть слугой имамов и ученых мусульман и держать доверенное перо в правой руке, молчать, видя подозрения, которые распространились в умах многих людей, не пытаясь рассеять их несколькими строчками?

Господь свидетель, что я в моей книге не приписал никому ничего.

Все, что я привел из диспутов, имевших место между мной и одним из моих оппонентов – несомненная истина, и я ничего в этом не изменил, кроме того, что потребовалось изменить для придания речи литературного стиля.

3. Вместе с этим я спрашиваю вновь: нуждаются ли мусульмане в переиздании этой книги, не избавляет ли от нужды в нем то, что они ее уже прочли?

Первый ответ, к которому я пришел, таков: нет необходимости в новом издании этой книги. Тысяч экземпляров, которые дошли до людей, вполне достаточно. Но я видел людей, которые настойчиво ищут эту книгу. Я спросил, и мне ответили, что множество людей и услышали об этой книге, и начали ее искать только после того, как она была раскуплена. Клянусь Аллахом, я не представлял, что люди дойдут до такого жгучего желания узнать истину по этому вопросу. Я не думал, что встречу такой большой поток разных писем, в которых читатели облегченно вздыхают и внимают тому, в чем нашли успокоение их сердца из познания истины и ее доказательств по вопросу, в котором очень долго ложь выдавали за истину.

И я узнал после этого, какое стеснение испытывали и продолжают испытывать многие мусульмане от тех, кто настойчиво пытается изменить их отношение к четырем мазхабам и их имамам – авторитетнейшим ученым. Большая часть этой массы – простые люди, у которых нет достаточного потенциала знаний, с помощью которого они могли бы понять лживость подобных идей. Несмотря на то, что у них есть врожденный исламский характер и чистота человеческого разума, что этот призыв – тяжкий для сердца, далекий от истины, приводящий к обману. Отсюда усиливается их стремление к тому, что даст им понять доказательства и беспристрастные научные мерила по этой теме. Им нужно, чтобы у них под рукой была краткая содержательная книга этому вопросу, которая будет им полезна.

Тогда появилась необходимость пойти навстречу желаниям многих и многих мусульман, и стало необходимым переиздать эту книгу.

4. Я сейчас перелистываю страницы этой книги и не вижу необходимости изменить хотя бы одну строчку, так же как я не вижу необходимости прибавить что-либо новое кроме этого предисловия, и дополнений, которых требуют диспуты, произошедшие между мной и шейхом Насиром аль-Альбани после выхода первого издания этой книги.

Если бы я остановился на опровержениях и просьбах разъяснить по какому-либо вопросу то, что было приведено, то я разъяснил бы и изменил бы что-либо, однако я не встретил никакого опровержения от тех, кого можно было бы посчитать оппонентами истины, разъясненной мною. Также как я и не получил какую-либо просьбу добавить или же разъяснить что-то от читателей, просящих переиздания. [1] Все свелось к тому, что шейх Насируддин аль-Альбани проявил желание встретиться со мной, чтобы высказать свое мнение об этой книге.

Мы действительно встретились, и я ознакомился с его мнением и выслушал его замечания, и увидел, что их можно свести к двум пунктам:

Первое. Преувеличение в самом названии: «Отказ от мазхабов – опаснейшее нововведение, угрожающее исламскому шариату». По его мнению, я не привел в этой книге доказательств, указывающих на верность такого резкого заголовка.

Второе. Я, по его мнению, неправильно понял то, что хотел сказать Ходжанди в своей книге, опровержением на которую и была моя книга. Он, по мнению шейха Насира, не отрицает законности мазхабов и их появления и не отрицает правомочности следования мазхабам для того, кто не достиг степени иджтихада. Однако он, отрицает мнение того, кто проявляет фанатизм в приверженности этим мазхабам, сторонясь доказательств, которые были им уяснены и поняты, и в этом я с ним полностью согласен, и нет никакой необходимости в нападках на Ходжанди.

Это краткое содержание его замечаний, высказанных им в нашей беседе, продолжавшейся три часа.

Я сказал ему, относительно первого пункта: вся эта книга – обоснование названия ее.

Самое важное, что я хотел разъяснить в этой книге, это то, что дело мусульман, не достигших степени непосредственного извлечения положений из Корана и сунны подобно жившим во времена Сахабов и табиинов и следующих за ними, следовать за мазхабами одного из имамов, и каждый из них имеет право придерживаться одного имама, если захочет. И имеет право, по желанию, переходить к другому имаму. Среди сподвижников были те, чья душа склонялась только к фетвам ибн Аббаса. И они не подходили со своими вопросами ни к кому, кроме него. Не известно ни одного исследователя, который сказал бы, что среди сахабов был кто-то, осуждающий подобное следование. Жители Ирака долгое время следовали мазхабу Абдуллаха ибн Масуда, следуя его примеру и примеру его учеников после его смерти, так что никто из ученых не осуждал это. Также жители Хиджаза долгое время жили, придерживаясь мазхаба Абдуллаха ибн Умара и его учеников и последователей, и никто из ученых не осуждал их за это. Атау ибн Рабах и Муджахид были долгое время единственными, кто выносил фетвы в Мекке. Глашатай халифа возглашал, чтобы никто не выносил фетвы для людей, кроме этих двух имамов. И никто из ученых табиинов не стал осуждать халифа или людей за подобное следование.

Разве не будут, после этого, слова о запрещенности испрашивания фетв только у одного имама и запрета следования ему ложным нововведением, не имеющим под собой аргументов, ниспосланных Всевышним. Разве отказ от мазхабов что-то иное кроме этого?[2]

5. Что касается того, что было обсуждено нами по второму вопросу, то он растолковывает все цитаты Ходжанди, которые содержат очевидные ошибки, и отходят от истины, которую я разъяснил в своей книге!

Слова Ходжанди «Что касается мазхабов, то это мнение ученых и их разъяснение по некоторым вопросам, и их иджтихад. Эти мнения и иджтихад не сделаны обязательными Аллахом и Его Посланником ни для кого из последователей», Насир отнес к тем, кто имеет право на иджтихад, и это, по его мнению, смысл слова «ни для кого».

Слова Ходжанди «Достичь этого пути – т.е. иджтихада – легко, для этого не нужно ничего, кроме Муватта, двух Сахихов, Сунан Абу Дауда, Джами ат-Тирмизи и ан-Насаи, и эти книги известны и знамениты, получить их можно быстро. И ты должен изучить их.

Если ты не изучишь их, и кто-либо из твоих братьев опередит тебя и объяснит их на понятном тебе языке, после этого не будет тебе никакого оправдания» относятся, по его мнению, к тем, кто достиг степени иджтихада и извлечения положений шариата непосредственно из первоисточников, т.е. Корана и сунны. В этом выражении, таким образом, нет того, что представляется, и оно не нуждается в каком либо дополнении или опровержении!

Слова Ходжанди «Если есть текст Корана или сунны или слова сподвижников (да будет доволен ими Аллах), то необходимо придерживаться их, и от них не отходят к словам ученых» относятся, по его мнению, к человеку, который изучил что-либо из наук шариата и разбирается в науке аргументов и аргументируемого.

Так же, все подобное, что приводится в книге Ходжанди, интерпретируется, по мнению шейха Насира, как соответствующее истине, разъясненной нами. По его мнению, мы обязаны понимать тексты Ходжанди в свете того, что возможно найти из ограничений и конкретизаций в различных местах его книги. Когда я ему сказал, что никто из ученых не употребляет такие выражения и не обобщает подобным образом, и не подразумевает что-либо иное, нежели то, на что указывает явный смысл текста, что ни один из людей не понимает эти тексты так, как понял их он. Он ответил, что этот человек, родом из Бухары, что язык его родной язык не арабский, он (Ходжанди) не может разъяснить, как это может сделать араб. Ходжанди перенесся к милости Аллаха. т.е. умер, и мы должны растолковывать его речь. Он мусульманин, и потому подобает думать о нем хорошо, до тех пор, пока есть возможность для этого!

Это, так сказать, резюме нашей трехчасовой беседы.

После этого он послал мне письмо, предлагая еще встречу, и я написал ему:

«Что касается вашего предложения о повторной встрече, то я заметил, что от нашей первой встречи, как я уже сказал, мы не получили никакой пользы. Ни Вы не отошли от Ваших представлений о чистоте автора книги (Ходжанди), ни я не удовлетворился тем, как вы растолковали его речь. По моему убеждению, если бы Вы согласились растолковать и обусловить речь ученых, подобных шейху Мухиддину ибн Араби, хотя бы на четверть подобно тому, как вы растолковали речь Ходжанди, то вы бы не смогли признать его (Араби) неверным или грешником.

В любом случае, то о чем говорили вы, это защита Ходжанди и разъяснение того, что не имеет другого смысла, кроме того, который я разъяснил в моей книге, а вы упрекаете меня, что я растолковал его речь превратно»

Все равно, был ли Ходжанди таким, каким представляете его Вы, или таким, каким представляю его я, в любом случае меня обрадует, чтобы в особенности Вы не понимали тех смыслов, которые я понял из речи Ходжанди, так же как меня радует, что Вы распространяли среди людей исправление, или комментарий к его речи, и надеюсь, что Вы прибавите к этому доводы относительно уважения имамов и необходимости следования за этими имамами тому, кто не достиг степени иджтихада».

«Что касается повторной встрече, то я не вижу к ней никакой необходимости, и я от предыдущей встречи почувствовал только то, что я потратил три часа, за которые я возможно завершил бы некоторые полезные дела»

Соблаговолите принять мои искренние приветствия!»

6. Это все, что я получил из опровержений и диспутов по поводу моей книги. И эти опровержения сделали меня еще более приверженным тому, что я написал и утвердил.

Я сейчас еще более убежден, что аллямазхабийя – опаснейшее из нововведений, угрожающих исламскому шариату, и достаточно того, что приведено в моей книге в качестве аргументов, раскрывающих эту истину, и я не нуждаюсь в добавлении хотя бы одной буквы, за исключением некоторых дополнений, которые требуются по вышеупомянутой причине. Я до сих пор понимаю книгу Ходжанди так, как ее понимает каждый непредубежденный араб, не отходящий от истины и не совершающий серьезных ошибок, на которые необходимо указать и остеречь от них. Всевышний не вменил нам в обязанность создавать в ясных речах бреши, и смело бросаться в них, истолковывая, обуславливая, и конкретизируя. После этого мы говорим, что это и было целью автора, и распространяем эти речи среди людей в надежде, что они все растолкуют, обусловят и поймут ее нужным образом!..

Всевышний не вменил нам в обязанность подобное, и даже половину того растолкования в Шатахатах[3] суфиев, несмотря на то, что у них бывают состояния, приводящие к таким словам. Но как же Всевышний будет обязывать нас делать такие истолкования по отношению к человеку, о котором говорят, что он ученый, который в ходе разъяснения научной истины опирается на ясные цитаты, преследуя цель выразиться точно и не допустить заблуждений!?

Все же эта моя книга не вредит ему (Ходжанди), если предположить, что он действительно не смог разъяснить свою цель, и что он не желал ничего иного, кроме того, что я утвердил и разъяснил. Напротив, я заслуживаю благодарности Ходжанди и его молитвы за меня, из-за занавеса смерти. Это по той причине, что я, при помощи моей книги, помешал мусульманам понять слова Ходжанди неверным образом, который первым приходит на ум.

7. Далее, среди поборников аллямазхабии и ее приспешников есть те, кто распространил ложные слухи о диспуте, который произошел между мной и Насиром, но меня не заботит нужда принимать во внимание эти слухи или же писать на них ответы. Я надеюсь, что все потраченные по этому поводу мною усилия направлены на службу исламскому шариату. Я не получаю воздаяния за это, кроме как от моего великого Господа (Свят он и велик), и пусть говорят эти люди после этого обо мне все, что хотят.

Но на чем я считаю необходимым остановиться из этой лжи, чтобы раскрыть читателям истину, это на их словах, что мой достопочтенный отец, да сбережет его Аллах, который вместе с нами частично участвовал в диспуте, согласился с шейхом Насиром и осудил меня за мои с ним разногласия.

Это слух, о котором нельзя умолчать, а не то он станет ловушкой для простых людей, привлекающей их сердца к отклонению, так как, якобы, факих и ученый Дамаска, набожный шейх мулла Рамазан поддержал это отклонение и согласился в этом с выдающимся его поборником. Из-за этого мой господин отец, да сохранит его Аллах, велел мне разъяснить читателям степень этой клеветы, которая не имеет никакого основания, ведь дело обстоит как раз наоборот. Пленка, на которую записан этот диспут – лучшее тому подтверждение.

Почтенный читатель найдет слова моего отца об этом с его подписью вслед за этим предисловием.

8. В конце я желаю принести извинения тем, кого стеснила эта книга из-за несоответствия его мнению, я желаю придерживаться пути, по которому я приду к удовлетворению их душ, соблюдая путь свободного научного диспута, построенного на стремлении к довольству одного лишь Аллаха.

Однако я, к сожалению, не в силах достичь этого пути, и, может быть, из наиважнейших причин моей неспособности достичь цель то, что большая часть этих братьев не проявляют терпения, как я уже сказал, при чтении написанного. И не заставляют себя сделать большее, чем полистать страницы и просмотреть некоторые отрывки, потом они дают волю своим языкам говорить все, что угодно, и остаются вместе со своей злобой. Как же найти путь к их удовлетворению, если самые лучшие и самые важные окна к этому надежно закрыты. Наше праведные предки из числа ученых и имамов тоже дискутировали, и каждый из них записывал свое мнение и правила своей школы, которыми он отличался от других, и все они знакомились с мнением других с уважением и вниманием. И после этого они или же объединялись на узком пространстве допустимого расхождения в вопросах, или же каждый оставался при своем мнении и мазхабе, поскольку аргументы допускали многозначность, а сомнения значительны. но они не разделялись без того, чтобы каждый из них не ценил другого и не уважал другого в том, к чему он склонялся в своих взглядах.

Научный диспут был важнейшим фактором подъема науки в минувшие времена, и даже был важным фактором объединения мнений и ликвидации разногласий, и сегодня это также важнейший гарант достижения всего вышеупомянутого. Я в своей книге шел по этому же пути и стремился к тем же результатам. Как же поступают с нами эти братья, придерживаясь ненависти и злобы! И как они судят об этой книге и том, что в ней содержится, отвернувшись от нее и проявляя недовольство ею?

Как-то мы говорили о мыслях этих людей, что это не верные и не благоразумные мысли, и тогда один из них сказал: поистине, человек прилагает усилия, потом у него формируется мнение, потом он пишет то, к чему склоняется его душа, так пишите же и вы также и оспаривайте его мнение.

И когда мы пришли сегодня, осуществляя его совет, и излагаем наше мнение в рамках моего беспристрастного знания, они начинают проявлять недовольство тем, что я написал, и один из них старательно пытается оградить читателя от него и подозревает нас в том, что мы приводим к расколу. И советует нам отказаться от этой обязанности и перейти к другой.

11. Поистине, общественный и религиозный вред не в том, что распространяют издательства из научных, объективных и беспристрастных диспутов в разных областях знаний, напротив, в этом – благо для религии и этого мира.

Однако самый большой вред, это когда находится тот, кто проявляет недовольство высоким научным диспутом и затем отвечает на это еще большими пререканиями, злобой, ненавистью и различными проявлениями фанатизма и духовной бедности.

Я взываю к Аллаху, Свят Он и Велик, чтобы Он не давал мне в удел нетерпимости в адрес какого-то человека или же утоление ненависти души, или же разжигая фанатизма джахилии. Прошу Аллаха уберечь мой язык и мое перо от оскорбления в адрес любого мусульманина.

Мухаммад Саид Рамазан Бути, Дамаск, Джумад ас-Сани 1390 г. по хиджре/1970 г.

[1] Это предисловие было написано до того, как я узнал об опровержении, которое написали господа шейх Насир и Махмуд Махди аль-Истанбули и Хайруддин Ванили. Оно имеет следующее название: «Слепая приверженность мазхабам – нововведение». Но затем эта книга попала в мои руки, и после этого я выделил для ответа специальное послесловие, которое расположено в конце этой книги.

[2] Мы внесем еще более ясности в этот вопрос. Следование мазхабам – это следование неграмотным человеком, или тем, кто не достиг степени иджтихада, за школой муджтахида, вне зависимости, следует ли он постоянно одному из них, или же следует то одному, то другому. А отказ от мазхабов, это не следование неграмотным человеком, тем, кто не достиг степени иджтихада, за имамом муджтахидом, в какой бы то ни было форме.

Подобное толкование этих слов исходит из самого арабского языка, оно таково в языкознании, и так его понимают люди. Так, о каком-то человеке говорят, что он партийный, если он неотступно следует за какой-то партией, вне зависимости от того, переходит ли он из одной партии в другую, или является приверженцем только одной. Ты говоришь о таком-то, что он беспартийный, если он не член какой либо партии.

Однако шейх Насир говорит, что это не то толкование слова «приверженность мазхабу»,(мазхабийя) которое понимает сегодня каждый мусульманин (сифату солати аннабийи, стр. 232).

Я не знаю, почему этот человек считает, что он – истинный образец для каждого мусульманина, а его понимание – это понимание, которого должны придерживаться все люди. А то, чего он не понимает, другие люди также должны не понимать и осуждать?!

Поскольку он не знает смысла слов мазхабийя и аллямазхабийя, который я ему разъяснил в диспуте, имевшем место между нами, то все мусульмане должны сравнятся с ним в его невежестве относительно этого смысла и отрицание его им.

Профессор Насир говорит, что я разрушил этим толкованием всю мою книгу, поскольку он считает, что все люди, исходя из этого определения, приверженцы мазхабов, и мое исследование становится следствием иллюзий, которые не имеют под собой основы.

Нас очень обрадовало, что все те люди, которые относят себя к саляфитам, истинно следуют мазхабам в том смысле слова мазхабия, который не представлял шейх Насир.

Т.е., они не перестают следовать одному из имамов муджтахидов, от которых до нас дошли достоверно их мнения и школа. При этом все равно, придерживаются ли они одного мазхаба или переходят от одного к другому. Таким образом, выходит, что не было никакой необходимости в написании этого труда.

Но слова шейха Насира, к сожалению, не соответствует реальности.

Поистине, среди тех, которых мы хотим наставить на прямой путь, нет тех, кто придерживается следования хотя бы одному из четырех имамов. Каждый из них утверждает, что он основывается непосредственно на Коране и сунне. И как часто мы видели подобных невежд из тех людей. Некоторые из них ни в коем случае не принимает фетвы одного из четырех имамов, пока ему не будет раскрыты аргументы этого имама и хадис, на который он опирается. Мы раскрываем такому невежде силу аргумента, его достоверность, иснад хадиса и авторитетность его передатчиков, как будто бы он имеет истинное представление о науке иснада, аргументов и передатчиков. После этого он или считает верным мазхаб этого имама, или же выносит окончательное решение, считая его ошибочным и глупым.

Эти люди не с Марса, не с какой-то другой планеты, это люди, подобные нам. Люди, на которых жалуются мусульмане каждого города, села и квартала. Их так много, что шейх Насир может высоко поднять голову из гордости за них. Этот Ходжанди, которого он называет большим ученым и книгу которого он защищает, считая ее полезной, говорит, что смыслом его слов в книге: «Достичь этого метода легко, для этого не нужно ничего кроме Муватта, двух Сахихов, сунан Абу Дауда, Джами ат-Тирмизи и ан-Насаи, и эти книги известны и знамениты, получить их можно быстро. И ты должен изучить их. Если ты не изучишь их, и кто-либо из твоих братьев опередит тебя и объяснит их на понятном тебе языке, после этого не будет тебе никакого оправдания». Или же он говорит: «Если есть несколько риваятов от Посланника Аллаха, относительно каких-либо дел, и ты не знаешь, какой риваят более ранний, а какой – более поздний, и тебе не ясна история этого хадиса, то ты должен действовать в соответствии со всеми этими риваятами, иногда по одному, а иногда – по другому».

Находишь ли ты в этой речи хоть какой-то след следованию мазхабу, в толковании, сделанном нами, которое отрицает Шейх Насир, и утверждает, что все люди на этом основании следуют мазхабам?

Разве он не преградил всем людям дорогу для следования имамам и их школам тем, что предоставил в их распоряжение книгу Муватта, два Сахиха, сунан Абу Дауда, Джами атТирмизи и ан-Насаи? И все эти книги, как он сказал, известные книги, достать которые можно в самое короткое время… И Аллах избавил верующих от войны, и не осталось необходимости для следования за мазхабом каким бы то ни было образом, будь то следование одному имаму, или их смена.

Может быть, устаз Насир знает, что все имамы, включая ибн Таймию, и ибн Кайма, ашШавкани, единогласны в том, что изучение этих книг не делает человека муджтахидом, и он не имеет права в дачи фетвы и извлечении норм опираясь только на них. Напротив, необходимо, чтобы у него, помимо всего этого была научная степень в полной мере с помощью которой человек достигает степени иджтихада, в противоположность тому, что утверждает только «большой ученый» Ходжанди в своей книге, о которой шейх Насир сказал, что она «очень полезная».

Таким образом, мое послание не разрушилось, как об этом говорит шейх Насир, напротив, в нем, к сожалению, есть большая необходимость. А ведь лучше бы, думаю я частенько, чтобы в ней не было необходимости!

[3] Речи, произнесенные в забытье, по причине любви к Аллаху (прим. пер.)

Слова моего отца

Я, отец Саида Рамазана Бути, говорю, что тот, кто говорит о моей поддержке речи Насира, не вкусил ничего из науки диспута и обсуждения. Как моя речь может указывать на его поддержку, в то время как я однозначно высказался по поводу его невежества?

Поистине, когда о вещи говорится безусловно, под этим имеют в виду только одно.

Поистине, факихи сказали, что когда человек свяжет развод с молитвой жены, и она совершит молитву, не соответствующую шариату, то она не разведена, поскольку эти действия не называются молитвой. Со мной согласился мой оппонент и приветствовал меня, затем я сказал ему, что эта книга – Аллямазхабийя – написана для ученых, а не для простых людей. Смысл моего обращения к нему (был в следующем:) – так же, как ты допускаешь со своей стороны трактовку однозначных слов автора, также ты видишь ответ утвержденным в научных терминах, хотя автор не сообщил тебе о своем желании.

Далее, на удивление, как же я поддерживаю того, кто говорит, что мазхабы муджтахидов не являются религией, он говорит мне (после того, как я разъяснил ему, что Пророк утвердил правомочность иджтихада и верность молитвы муджтахида, даже если она ошибочна, и что его утверждение относится к религии): «Эта молитва не истинна, а, напротив, недействительна». Он не чувствует, что его речь допускает, что Пророк (мир ему и благословение) допустил ложное!!… Нет! Это исключено!

Только этого достаточно, чтобы стало ясно, что он следует своей страсти и не знает, в какую погибель он окунулся, и запись разговора – лучший тому свидетель.

–  –  –

Как часто я хотел, чтобы меня не отвлекало что-либо от того, что обязан делать каждый мусульманин, занимаясь сегодня настойчивым изучением состояния мусульман и наблюдением опасных болезней, которые скопились в их натурах, так что это вызвало гибель, раскол и унижение, стало угрожать уходом и исчезновением истинных мусульман, если они не поторопятся помочь сами себе в наиближайшее время, направившись к спасению самым коротким путем.

Да! Как часто я желал не отвлекать себя и мое перо от этих важных дел мелкими делами и очевидными вопросами. Но что ты будешь делать с тем, кто пришел к тебе с многочисленными очевидными вопросами, после того, как он превратил их в спорные проблемы, которые нуждаются в исследовании и изучении, и придал им большое значение в решении важного дела, которым ты занимаешься! Что ты будешь делать, если ты всецело занят доставкой человека с кровоизлиянием в ближайший центр медицинской помощи для спасения его жизни, и вдруг словно из под земли появляется тот, кто встает на твоем пути и выхватывает у тебя этого человека и поспешно несет его в ближайшую баню, чтобы вначале вымыть его тело, и ставит перед собой цель украсить его. Есть ли у тебя какой либо путь к спасению жизни этого больного, кроме как предостеречь его от послушания помешанному? Затем ты отводишь его от помешанного и молниеносно направляешься с ним к врачу.

Беда, которая испытывается сегодня мусульманами, это беда неверия в разумах людей и расплывчивость в образе жизни, и отход от принципов. Мыслителям и писателям (тем, кого заботят дела мусульман) не следует заниматься ничем иным, кроме как этими тремя бедами. Однако как ты будешь их лечить, когда между тобой и ими встали преграды из других вопросов, на которые мусульманам не стоит тратить время и приводить себя к новым бедам? Как ты будешь лечить их, когда ты оборачиваешься и видишь, что те, кого тебе посчастливилось привести к пути веры и соответствующему образу жизни, ограждены, по вновь возникшим причинам, от веры новой преградой.

И они попадают в тупик в круге замешательства, у которого нет начала и нет конца:

Следование четырем имам – куфр.

Приверженность определенному мазхабу – заблуждение, и придание имаму статуса господа, помимо Аллаха!

Новые мусульмане устремляют свой взор, в свете этой проблемы, к мусульманской истории, к ученым ислама и прежним поколениям. Они находит, что вся история переполнена вероотступниками, заблудшими и отступившими от истины людьми, в то время как они стали мусульманами, следуя их пути, и с помощью того, что дошло из рассказов о них и их биографии. И они отправляются в путь, чтобы прийти к отказу от приверженности четырем имамам и понимании Исламского шариата из двух основ – Корана и сунны. И они обнаруживают себя и им подобных ставящими преграды, и они вступают в невежество и плывут без плота.

И как может даться тебе джихад, и какой за этим может последовать результат, когда эта брешь не дает тебе никакого шанса и опоры!

И я не измышляю эту речь для тебя. Напротив, это верная картина реальности, которую я вижу своими глазами. Ко мне обратился один из студентов факультета литературы института Дамаска и сообщил мне, что он пришел к Исламу и служению ему недавно, и что он изучил брошюру по фикху имама Шафии, и он поклоняется согласно его мазхабу, но он наткнулся на одну брошюру, в которой говорится, что мусульманину не допустимо придерживаться одного из четырех мазхабов, что тот, кто делает это, становится неверным и сбивается с пути Ислама, и что ему следует брать положения шариата непосредственно из Корана и сунны. Этот студент объяснил мне, что он не в состоянии читать Коран соответствующим образом, не говоря уже о невежестве в смыслах Корана и его положениях. Он спросил у меня, что ему делать.

Как же я отвечу ему? Скажу ли я ему, что занят большими исламскими проблемами и мне не стоит переходить от них к решению этих маловажных проблем? И что я не позволяю себе говорить о чем либо, пока не возникнут новые разногласия, в которых мы не нуждаемся.

Действительно ли я не нуждаюсь в поднятии этих вопросов? Правда ли, что я могу позволить себе решать более важные проблемы и оставить людям самим искать путь решения их проблем и выход из затруднений, которые возникают в их разуме, когда я могу это сделать при помощи одного слова.

Разве это только один человек, чтобы можно было сказать ему на ухо, наставляя его на путь истины, вдали от людей и от того, чем они заняты, чтобы не возбудить среди них разногласия и не поставить их перед новой проблемой?

Поистине, личностей, подобных ему, сотни. Их эта брошюра ввела в замешательство, посеяла сомнение относительно их истории и внесла новое невежество в понимание реальной сути Ислама.

Таким образом, эту тему нужно исследовать открыто, и необходимо считать ее частью больших проблем, от которых невозможно увильнуть. Так захотела группа людей, и таким образом они сделали обязательным для нас это дело. Они захотели преградить путь доставляющему в больницу истекающего кровью раненого и перенести раненого туда, где его положение улучшат и украсят его тело. Будет сумасшествием для нас закрывать глаза и молчать, говоря тем самым, что споры с этими людьми повредят больному, и лучше будет молчать и оставить их творить что угодно.

Нет! … Мы никогда не будем молчать! И не оставим их творить все что угодно, приводя этот дьявольский и смешной аргумент.

Мы должны сказать то, что разъяснит истину. Нам необходимо остеречь больного хотя бы по минимуму, чтобы он не покорился их лжи и обману.

Поистине, огорчает то, что мы вынуждены вступать туда, куда вовсе не было необходимости вступать. Ведь мусульмане жили с прежних времен и до наших дней и знали, что люди делятся на муджтахидов и мукаллидов. И что мукаллид обязан следовать одному из муджтахидов, и если он последует одному из них, то имеет право неотступно следовать ему и не отходить от него на протяжении всей его жизни. Также у него есть право переходить от следования ему к следованию за другими имамами муджтахидами. И так было до тех пор, пока в наше время не появилась группа, которая ошеломила людей новым и удивительным шариатом, шариатом, который говорит о неверии того, кто неотступно следует за одним из муджтахидов и говорит также, что следование за Кораном и сунной – это следование за непогрешимым, а следование за четырьмя имамами – это следование за теми, кто мог ошибаться. Все люди должны следовать за непогрешимым и отказаться от следования ошибающимся. Известно каждому разумному человеку, что если бы все люди были бы способны следовать непогрешимому и знали бы, как это делать, то не возникло бы разделения людей на две категории – муджтахидов и мукаллидов.

Всевышний не сказал бы никогда для второй категории: «Спросите знающих, если вы не знаете». Он велел им следовать за людьми знающими, несмотря на то, что они небезупречны. И Он не велел обращаться к словам Корана и сунны, несмотря на то, что они безупречны.

Поистине огорчает то, что мы нуждаемся в утверждении этой ясной речи, которую легко понять каждому из обладающих разумом, но этот огорчающий факт предстает перед нами сегодня. Один из них распространил (и пожелал не писать своего имени и не говорить о себе) брошюру, под заголовком: «Обязан ли мусульманин следовать одному мазхабу из четырех» и отнес это сочинение Мухаммаду Султану аль-Ма’суми аль-Ходжанди альМакки, преподавателю при мечети Харам. Краткое содержание этой брошюры заключается в разъясненном вам выше: признании неверным следующего определенному мазхабу из четырех, и называние последователей четырех имамов глупыми, невеждами и заблудшими. И что они есть те, кто разделили свою религию и стали группами, и что они из тех, о ком сказал Всевышний: «Они взяли своих книжников и священников господами помимо Аллаха». И что они – потерпевшие убыток в своих деяниях, те, чьи стремления тщетны в этой жизни, а они считают, что творят благое.

Распространитель книги, пожелавший остаться неизвестным, начал распространять свою брошюру в различных слоях мусульман – простых людей, студентов, рабочих и др.

Многие из этих людей обратились ко мне с вопросами о том, что же им делать, и они встречали мое замешательство, и один из них подошел ко мне радостный, говоря: «Разве ты не видишь, что то, изучением чего вы утомляете себя и называете фикхом и исламским шариатом, есть представление имамов мазхабов, и это лишь результат их мыслей в области юриспруденции, связанных ими с Кораном и сунной?». И он начал показывать мне в доказательство своих слов то, что было в этой брошюре. Потом он начал говорить, что Ислам – это не более чем поклонение и пять его известных столпов, и что бедуин запоминал их в несколько минут, и уходил, чтобы применять их в жизни. Это и есть Ислам. А вы утверждаете, говорил он, что Коран и сунна несут тяжесть гражданского, уголовного и административного права, и что Ислам – религия и государство. И вот она, лживость того, о чем вы говорите, и об этом пишет сам преподаватель мечети Харам!

Что я должен делать против этого огорчительного случая? Молчать ли мне и отвернуться, утешая себя мыслью, что группа людей считает занятие этим исследованием отходом от более важных дел?

И разве есть что-либо более важное, чем разрешить замешательство этих людей, состояние которых я описал только в небольшой части? И разве есть что-либо более важное, чем разъяснение того, что многие тысячи величайших ученых шафиитского мазхаба и ученые маликиты, ханифиты и ханбалиты не являются кафирами, заблудшими, глупцами, невеждами. Напротив, они имамы мусульман и им принадлежит заслуга в защите храма исламского шариата и его донесения до людей.

Есть ли что-либо более важное, чем разъяснение тому, кто нашел в этой брошюре то, что искал и кто умышленно начал смело и с воодушевлением повторять те великие вымыслы востоковедов, а именно вымысел, привнесенный ненавистником ислама немецким востоковедом Шахтом, что исламский фикх – только юридический труд, возникший в результате блестящих правовых исследований людей, которым приятно было отнести это к Корану и сунне. Шахт приводил в качестве доказательства своих слов то, что мы видим в начале брошюры Ходжанди: что содержание Ислама простое, краткое, которое за несколько минут понимал бедуин и уходил, говоря: клянусь Аллахом, я не прибавлю к этому ничего. Так откуда же после этого взялись эти многочисленные положения? Я говорю, разве есть что-либо более важное, чем разъяснение того, что эта речь вздорная, ложная, и степени невежества этих людей. Необходимо разъяснить все это и раскрыть суть вещей.

Но я не заполню главы моей книги тем же, чем заполнил их автор той брошюры – описанием куфра, заблуждения, глупости, невежества, слепого следования и подобного этому.

Напротив, я разъясню вопросы объективным, чисто научным толкованием, удерживаясь в этом вопросе от двух крайностей. Эти две крайности – основа беды, в которую впали многие исследователи как в наше время, так и в прежние времена, исходя из желания опровергнуть слова оппонента, исходя из призывов плоти и нетерпимости.

Я прошу Аллаха, Свят Он и Велик, возвратить нас на истинный путь и очистить наши души от зла нетерпимости, фанатизма и козней, поистине, Он – Милостивый, Сведущий.

Мухаммад Саид Рамазан аль-Бути Дамаск 23 зу аль-ки’да 1389 г.

30 января 1970

–  –  –

Во-первых, необходимо читателям предоставить возможность ознакомиться с кратким содержанием брошюры, кем бы ни был ее автор и издатель.

Затем это краткое содержание будет основой диспута в следующих главах. И я преследую цель быть искренним ради Аллаха и Его Посланника на основе чисто научного диспута, и я не стремлюсь помимо этого к какой либо личной цели и не стремлюсь осмеять оппонента, или же назвать его глупцом или неверным.

И я не жду от читателя ответа на это, кроме как если он будет подобен мне в том, чему я обязался следовать, изучая взгляды и очищая мышление, и будет искренним только ради науки в том, что он прочтет. И будет следовать тому, к чему он придет, не связывая себя и свои идеи фанатизмом или зависимостью. Вскоре читатель обнаружит, что постановка проблем и поднятие шума по причине следования мусульман за четырьмя мазхабами есть не что иное, как шум безо всякого повода, и спор не о том и, как говорится, буря в стакане воды.

Автор брошюры начинает свой спор с разъяснения сути имана и ислама, и приводит хадис о Джабраиле, задающем Пророку вопрос об исламе, и хадис: «Ислам построен на пяти столпах…», и хадис о человеке, пришедшем к Пророку и спросившем: «О посланник

Аллаха, укажи мне на поступок, совершив который, я войду в Рай». Пророк ответил:

«Свидетельствуй, что нет божества кроме Аллаха…», и хадис о человеке, который пришел и опустил верблюда на колени возле мечети Пророка, потом вошел к нему и спросил о самых важных столпах Ислама; потом писатель утверждает, основываясь на этом, что Ислам не более чем слова и простые положения, понятные бедуину или мусульманину, и он настолько прост, что принявший его не нуждается в следовании за имамом или приверженности муджтахиду.

После этого он приступил к доказательству того, что мазхабы – не более чем мнения ученых и их понимание некоторых вопросов, и эти различные мнения и понимания не вменены в обязанность Всевышним и Его Посланником никому из последователей.

Согласно этому, следование тому или иному из четырех мазхабов не является обязательным или желательным. И мусульманин не обязан следовать за одним конкретным имамом, напротив, кто будет следовать за конкретным мазхабом во всех вопросах, то он – фанатик, впавший в ошибки слепого последователя. Он – из тех, кто разделили свою религию и стали группами. И автор приводит в качестве своего доказательства этому, что основа приверженности Исламу суть следование за Кораном и сунной, и они оба безупречны, а следование за имамами мазхабов – это отход от следования за Кораном и сунной к чему-то другому. Это переход от следования за безупречным к следованию за ошибочным. (Брошюра «Обязан ли мусульманин следовать одному мазхабу из четырех», стр. 6-7).

После этого он утверждает, что мазхабы – это нововведение, появившееся после третьего столетия хиджры, и что это несомненно заблуждение. Автор задается вопросом: есть ли какой либо аргумент в пользу того, что человек в могиле будет спрошен о мазхабе или тарикате?

Потом автор заявляет, что четыре мазхаба появились, оппонируя и сбивая с мазхаба нашего господина Мухаммада (мир ему и благословение), он утверждает, говоря, что истинный мазхаб, за которым нужно следовать и быть приверженным ему, это мазхаб нашего господина Мухаммада (мир ему и благословение), затем за мазхабом его праведных халифов (да будет доволен ими Аллах)… так откуда же появились эти мазхабы и почему они распространились и стали обязанностью мусульман? (Брошюра, стр. 12) Он приводит от Дахлави речь, подтверждающую его слова: «Кто следует всем правилам одного из четырех мазхабов, и не опирается на Коран и сунну, тот он изменил единодушному мнению мусульман и следует не путем мусульман». Затем он приводит доказательства и различные цитаты, разъясняющие то, что мусульманину, последователю одного из имамов, не обязательно следовать за ним всю жизнь. И что нельзя тому, кто стал разбираться в сути какого либо вопроса на основе доказательств Корана и сунны, и понял доказательства и их цели, фанатично следовать за мазхабом одного имама и отходить от того, что было понято им из Корана и сунны.

Затем он проводит грань между таклидом и иттиба’ом, считая таклид порицаемым поступком, а иттиба’ – похвальным и хорошим делом. Иттиба, по его мнению, это спрашивать у того, за кем следуешь, о законах Аллаха и Его Посланника, и не спрашивать о мнении кого-либо другого и его мазхабе. (Брошюра, стр. 14-15) Затем он утверждает, что при наличии множества риваятов от Посланника Аллаха по каким-то вопросам, при том что не известно, какой из них был раньше, а также не ясно, какой из них – отменяющий, то необходимо следовать за каждым из них. Иногда за этим, а иногда за тем, далее он разъясняет, что разделенные мазхабы появились только из-за отказа от этого принципа. (стр. 17).

Затем он возвращается и повторяет сказанное ранее, что муджтахид иногда ошибается, а иногда нет, поэтому за ним нельзя следовать, а что касается Пророка, то он чист от ошибок, и нельзя отказываться от следования за ним. Он подтверждает свои слова различными цитатами, в которых запрещается фанатизм в следовании имаму, несмотря на ясные аргументы Корана и сунны, изученные, запомненные и исследованные последователем. Автор повторяет после этого, что следование мазхабу одного определенного человека – нововведение, и утверждает, что все сподвижники основывались на Коране и сунне Пророка и на том, что становилось для них ясным при отсутствии доказательств. Затем после третьего столетия появилось нововведения – следование мазхабам и таклид. Он начинает уподоблять последователей имамов бегущим в страхе ослам и называет их шарлатанами и упрямцами, а их достижение – достижением сатаны. (стр. 24, 25) Затем он начинает осыпать упреками тех, кто отдает приоритет в следовании установлениям их имамов перед цитатами Корана. И приводит в качестве аргументов большое количество цитат из слов самих имамов о слепой приверженности имаму вопреки доказательствам Корана и сунны, если они были изучены и запомнены. И он связывает эти слова со своим главным утверждением о запрете следования и приверженности одному определенному мазхабу. (стр. 28-34) И в конце автор призывает каждого мусульманина к постоянному обращению к Корану и сунне для понимания норм Ислама, утверждая, что достичь этого легко, и что нет необходимости для этого в больших усилиях, и что мусульманин не нуждается для этого в чем-либо, помимо книг Муватта и двух Сахихов[1], сунан Абу Дауда, Джами’ Тирмизи и ан-Насаи (стр. 40) После этого он повторяется и смешивает различные доводы, которые запрещают ученым при наличии ясных доказательств (неверности мнения имама) следовать за имамом, даже вопреки доказательствам. И разъясняет основу того, к чему он призывает, т.е. – к абсолютному запрету на следование конкретному мазхабу. (стр. 40 и дальше).

Автор обращает взгляд читателя к изучению книги «Мукаддима» Ибн Халдуна, утверждая, что Ибн Халдун подтвердил, что мазхабы возникли и распространились только по политическим причинам и из-за захвата власти амбициозными неарабами.

(стр.45).

Таково краткое содержание брошюры. В других местах этой брошюры, ее главах и различных приведенных цитатах преследуется цель обосновать запрет для любого мусульманина на следование за любым мазхабом из четырех. И приверженность одному из них рассматривается как заблуждение и неверие, якобы это является принятием людьми других богов помимо Аллаха, так как они должны основываться непосредственно на Коране и сунне. Если же они не способны на это, то они должны постоянно переходить из одного мазхаба в другой, иногда спрашивая у одного, иногда следуя за тем, иногда – за другим[2].

Автор брошюры берет высказывания о запрете на фанатизм в следовании мазхабу, вопреки аргументам (если они станут ясны для изучающего вопрос), приведенным от имамов, в качестве доказательства своих утверждений.

Автор брошюры смешивает в этом вопросе понятия, относительно которых имеется единогласие всех ученых и то, о чем не говорит ни один из мусульман.

Он берет доказательства одного в обоснованность другого. Ему следует, во- первых, поскольку он исследует, основываясь на доказательствах и мнениях, научный вопрос, сформулировать название предмета изучения и разногласий. Затем привести свои аргументы и утверждения в рамках этих разногласий. А затем поступать со своими утверждениями как заблагорассудится. Этого всего им сделано не было.

В этом случае нам необходимо, прежде чем вступить в спор с автором, исправить то, что он упустил, и сформулировать тему диалога, и выделить пункты, в которых мы с ним и всеми мусульманами единодушны, чтобы не вдаваться в изучение и обсуждение этих вопросов и не тратить на это время. И чтобы они (пункты в которых все единодушны) не мешали нам изучать вопросы обсуждаемой темы.

[1] Т.е., Сахиха аль-Бухари и Муслима (прим. пер.).

[2] Шейх Насир считает, что некоторая часть этой брошюры исправляет ошибочность остальных отрывков и цитат, указанных нами, и приводит их к истине и преграждает путь их критики. Это слова Ходжанди (стр. 29): «Знай, что следование словам ученых и их суждениям подобно таямуму, к которому прибегают при отсутствии воды. Если есть цитата из Корана, сунны и высказываний сподвижников (да будет ими доволен Аллах), то обязательно следовать за ними и не переходить к словам ученых». Это было сказано им в диспуте, который имел место между нами, и мы заняли жесткую позицию по отношению к отрывку, приведенному шейхом Насиром, и рассмотрели ее (цитату) как большую беду и губительную проблему и это, как говорится, стало каплей, переполняющей чашу.

Каждый раз, находя по интересующему вопросу цитату из Корана и сунны, мусульмане обязаны придерживаться этого и им запрещено обращаться к иджтихаду имамов!! Кто сказал такие удивительные слова? Где в этом отрывке исправление ошибок? Разве эта книга написана нами не как опровержение этой ошибки?

Поставь Сахихи аль-Бухари и Муслима сегодня перед простыми мусульманами и скажи им, чтобы они поняли положения религии из этих книг, а затем посмотри, каково будет невежество, барахтание, хождение наощупь в вопросах религии.

Этого ли желает «великий ученый» Ходжанди и профессор Насир в удивляющей защите его ошибок и вздорных речей? Шейх ибн Кайим, а также большинство ученых и имамов говорит:

«Наличие только сборников сунны недостаточно для верности фетвы, основывающейся на этих книгах. Напротив, в дополнение к этому необходимо достижение степени, позволяющей выносить постановления, и нужно относиться к имеющим право на обсуждение и собственное мнение, если же у него не будет всего этого, то его обязанность указана ему Всевышним: «Спрашивайте ученых, если вы не знаете».

Шейх Ходжанди и вместе с ним профессор Насир говорят: «Если есть цитата из Корана, сунны и высказываний сподвижников (да будет ими доволен Аллах), то обязательно следовать за ними и не переходить к словам ученых».

Чему же нам верить? Тому, в чем согласны все ученые, среди которых такие как ибн Таймийя, ибн Кайим и … и…, многие другие или же одному Ходжанди и шейху Насиру в его «полезном» послании?!!

Затем подумай над словами Ходжанди. В них ты обнаружишь удивительное невежество!

Он представляет, что имамы вывели свой иджтихад, за которым приемлемо следовать для мусульман, основываясь только на своих мнениях и мыслях без аргументаций Кораном и сунной, и вот лишь в чем людям дозволено следовать за имамами, и это тот «таямум», который необходим.

В то время как иджтихад имамов невозможен и неправомочен кроме как на основе аргументаций Корана и сунны. Имам, делая иджтихад в религии без опоры на Коран и сунну, только добавляет нечто от себя в религию, и ни одному из мусульман нельзя следовать за ним. Это в отношении религии не вода, и не таямум.

Имам аш-Шафии говорит в своей книге «ар-Рисаля»: «Аллах не позволил никому после Посланника Аллаха говорить, кроме как основываясь на знаниях, которые были до него, а знания оставшиеся после Посланника Аллаха – это Коран, сунна, иджма, высказывания сподвижников и описанные мною виды кияса,(суждения по аналогии) и кияс можно делать только тому, кто обладает необходимым инструментом, при помощи которого можно проводить сравнение. Этот инструмент – знание положений Корана: обязанностей и этики, о которых в нем говорится; отменяющие и отмененные аяты, общие и конкретные аяты, и наставления».

Ты видишь, что более всего при иджтихаде используется такой вид извлечения решений, как кияс, и он недействителен, если не опирается на цитату из Корана, сунны, высказываний сподвижников. А высказывания сподвижников – это одна из разновидностей сунны, за исключением случая, когда они могут основываться на собственном мнении сподвижника.

Затем он представляет, что незнание шариатских положений возникает только по причине отсутствия текста Корана и сунны, а если имеется текст Корана или сунны, то все причины невежества исчезают, и все люди становятся равными в возможности понять положения шариата из соответствующей цитаты. И нужда в следовании за имамами отпадает.

Разве такие слова произнесет ученый, знающий смыслы цитат и способы извлечения из них положений? Поистине, согласие покупателя и продавца о оговоренных условиях в сделке, вопрос о которых исследователь с легкостью найдет необходимые цитаты из Корана и сунны. Однако, тот, кто не достиг степени иджтихада, выведения решений и их основ, не в состоянии знать, основываясь на известных цитатах, положения этих условий договора. И он не поймет даже, действителен этот договор или нет.

Относительно положений, касающихся земли, захваченной мусульманами на войне, можно без труда найти ясные цитаты из Корана и сунны, несмотря на это, я бросаю вызов самому знающему поборнику безмазхабности, и говорю, что его голова закружится, если он будет пытаться извлечь положения по этому вопросу из Корана и сунны.

В остальных главах фикха излагаются вопросы, подобные этим.

И что же тогда подтверждает слова Ходжанди: «Если есть цитата из Корана, сунны и высказываний сподвижников (да будет ими доволен Аллах), то обязательно следовать за ними и не переходить к словам ученых»? Какое место занимает «таямум» после этих слов?!

Что касается шейха Насира, то он сообщил нам, после разъяснения некоторых отрывков этой речи, что в этом высказывании Ходжанди опущены некоторые слова.

Вот эти слова:

«Когда исследователь Корана и сунны достигнет степени, позволяющей ему совершать истинбат (выводить решения)». А когда мы ему сказали, что слово «хайсу» в высказывании Ходжанди относится к словам, несущим общий смысл, он начал настаивать, что эти общие слова несут конкретный смысл, и мы не виноваты в том, что мы не находим в словах Ходжанди слов, несущих общий смысл, или хоть что-либо, указывающее на конкретизацию. И что ни один из специалистов в области арабского языка и его основ не сказал, перечисляя, конкретизирующие слова: «Из этих конкретизирующих слов есть правило, которое ввел шейх Насир в слова других»

–  –  –

Необходимо избавиться от обсуждения вопросов, в которых нет разногласий, для того, чтобы уделить внимание обсуждению основного опасного утверждения автора брошюры, ради которого собственно, она и была написана.

1. Следующий одному из мазхабов не обязан по шариату постоянно следовать одному из них, нет никакого препятствия для перехода к другому мазхабу. Мусульмане пришли к единогласному мнению, что мукаллид имеет право следовать за любым муджтахидом, если он поймет истинность мазхаба и его положений. Ему, к примеру, можно следовать каждый день за одним из четырех имамов. Даже если и появились в последнее время те, кто порицает переход из одного мазхаба в другой, то это является фанатизмом, и по мнению всех мусульман такое утверждение ложно.

Любой исследователь знает, что это утверждение не означает, что мукаллид не имеет права соблюдать один мазхаб, и что он обязан переходить из мазхаба в мазхаб. Т.е. то, что постоянная приверженность одному мазхабу не обязательна, еще не означает, что она запрещена.

2. Если мукаллид изучил какой-то вопрос и понял аргументы по нему из Корана и сунны и основ иджтихада, то он обязан отказаться от следования за имамом. И следование за имамом в этом вопросе для него запретно, до тех пор, пока он имеет возможность совершать иджтихад, опираясь на имеющийся у него научный потенциал. Относительно этого единогласны ученые и сами имамы мазхабов. Очевидно, что ему запрещено по вопросу, который он полностью изучил и понял доказательства по нему и его основы [1], считать правильным мнение имама, основанное на иджтихаде. Если и появились в последнее время те, кто склонен к фанатизму по этому вопросу и не признает единогласное мнение мусульман, то это другая разновидность фанатизма и фракционности, указывать на которую и остерегать от которой чрезвычайно важно.

Любой исследователь знает также, что то, в чем мусульмане единогласны, не значит, что нужно призывать мукаллида, не знающего доказательств шариатских положений, к отказу от следования мазхабу и постоянной опоре на цитаты из Корана и сунны.

3. Все четыре имама находятся на пути истины, в том смысле, что иджтихад каждого из них является оправданием перед Всевышним, если он не знал достоверно истинного желания Всевышнего Аллаха по этому вопросу, в котором возможен иджтихад. И он только обязан идти по тому направлению, к которому его приводит иджтихад.

По этой причине, следование мукаллида за любым муджтахидом является следованием за истиной и приверженностью истинному пути. Он имеет право выбрать, за кем он будет следовать, при этом не считая, что другие муджтахиды ошиблись. По этой причине все ученые единогласны в том, что ханифит имеет право совершать намаз за шафиитом или маликитом, и наоборот[2].

В последнее время в некоторых городах отдельные группы отрицают эту несомненную истину, однако это также является одним из видов фанатизма, которому нет места в религии, и от которого необходимо любыми способами остерегать мусульман. Поистине, постройка в мечетях отдельных михрабов для каждого мазхаба есть самое худшее выражение раскольничества, которое не имеет никакого смысла и оправдания. И то, что некоторые неучи занимают один из углов мечети, в то время как остальные совершают молитвы, и ничто не мешает им присоединиться к молящимся, кроме того, что имам относится не к их мазхабу. Эти люди ждут, пока не придет имам из их группы. Они не следуют за другими и считают, что молитва их будет действительна только за его имамом.

Мы говорим: поистине, то, что распространилось среди большого количества неучей, или же среди тех, кто называет себя учеными, не имеет никакого отношения к основам религии. Все ученые и имамы во все времена были единогласны в обратном этому. И ничто не заставляет людей придерживаться этого обычая, кроме двух вещей: фанатизма, не имеющего никакого основания, и принесение пользы людям, которые унаследовали друг от друга такой подход к религии и привыкли к этому.

Эти три момента в которых нет разногласия. Мы не оппонируем тому, кто напоминает о них или обращает на них особое внимание. И как часто ученые и имамы утверждали это в своих обсуждениях и записали их в своих книгах. И все что приводит автор брошюры из цитат имама ибн Кайима и ’Иззу бну ’Абду ас-Салям и шаха Дахляви и других ученых относятся к вышеупомянутым трем моментам. И никто из ученых не противоречил им в этом и никому не следует этого делать.

Если бы автор брошюры сосредоточил свое исследование только на этом, и последовал бы в этом за вышеперечисленными учеными, и рьяно осудил бы все проявления фанатизма мы приложили бы эту книгу к голове и глазам и мы бы никоим образом не смогли бы противоречить этой книге и осуждать ее.

Однако исследователь опирался на эти цитаты и доказательства, и связал их с другими утверждениями, в то время как они никак не связаны. Исследователь использует доказательства запрещающие отходить от этих постулатов, чтобы доказать что запрещено постоянно придерживаться одного мазхаба из четырех. Какая же между ними связь?

Поэтому его доказательства выступают против его же утверждений, поскольку он привел в качестве доказательства своих слов высказывания Аль ’Иззу бну ’Абдуссаляма, в то время как тот шафиит; высказываниями аль-Камаля бну Химама, а тот ханафит;

высказываниями ибн аль-Кайима, а тот ханбалит; речью ад-Дахлави, а он ханафит. Автор использовал в качестве доказательства того, что запрещено постоянно придерживаться одного конкретного мазхаба слова этих ученых, в то время как они сами придерживались того, о запретности чего пишет автор!!!

[1] Такой исследователь называется муджтахидом по мазхабу, поскольку иджтихад разделим, как это известно из всех книг по основам религии. Кто приобрел опыт в основах иджтихада, и приобрел потенциал, позволяющий делать иджтихад по всем вопросам фикха, тот – абсолютный муджтахид, а кто изучал один вопрос, до тех пор, пока не стал способным понять и освоить его из Корана и сунны, то это – муджтахид по мазхабу. Шейх Насир удивляется, когда мы ему разъясняем эту известную истину и думает, что подобный исследователь называется – «муттаби’». Он возразил против моего деления людей на две категории: муджтахидов и мукаллидов, аргументируя это тем, что он в совершенстве владеет некоторыми вопросами фикха, так что знает доказательства по этому вопросу, и их глубину. И нет никакого сомнения, что он (Насир) не достиг тем самым степени четырех имамов, и в то же время он не подобен простым людям, которые следуют за имамами. Таким образом, нет ничего удивительного в том, что он и подобные ему выделяются в отдельную категорию!!

Мы же говорим, как говорят все ученые по фикху и усулям (основы фикха): он является муджтахидом в том вопросе, в котором достиг степени иджтихада, и мукаллидом по остальным вопросам. Это и есть смысл слов, что и иджтихад и таклид приемлет деление.

[2] Да. Ученые первых времен единогласны в действительности молитвы шафиита за ханифитом и наоборот. Известно, что здесь говорится о молитве вообще. Когда мы говорим о молитве в общем подразумеваем полноценную молитву, т.е. молитва подразумевает ту молитву, в которой совершающий ее за имамом не знает, что его имам совершил какое-то действие, нарушающее молитву, по мазхабу следующего за имамом. И в этом обобщении нет никакого разногласия ученых. К примеру, о молитве шафиита за ханифитом, который прикоснулся к своей жене, и маъмун узнал об этом. Эта ситуация не подпадает под понятие полноценной молитвы, следовательно, обобщение не объемлет его. Согласно этому не утверждается, что молитва шафиита за ханифитом действительна в любом случае. Если например я скажу: ученые единогласны о допустимости молитвы в саду, то недопустимость молитвы в незаконно захваченном саду не противоречит слову «сад» как общему понятию.

Это ясная речь для того, кто изучил главу «Общее и обусловленное» из любой книг по основам фикха. Но напрасно я дискутировал с шейхом Насиром, пытаясь разъяснить ему этот смысл. В диспуте, который имел место между нами, он только и делал, что повторял свои слова: «однозначное утверждение продолжает быть таковым, при отсутствии конкретизирующего фактора». Как будто он говорит: «Общее продолжает быть общим, при отсутствии конкретизирующего обстоятельства», не понимая большой разницы между их смыслами!! И по этой причине я, по его мнению, ошибался в однозначном утверждении о единогласии ученых, … поскольку между ними есть большие разногласия по вопросу действительности молитвы человека, знающего, что имам совершил что-либо, нарушающее молитву в его, молящемся за этим имамом, мазхабе.

Признание же и подтверждение мною факта наличия подобных разногласий аль-Альбани посчитал исключением, которое вредит единодушному мнению ученых. Более того, он посчитал, что это исключение портит все мои высказывания, и отнес меня к числу тех, кто призывает к тому, чтобы в мечети было несколько михрабов и коллективная молитва совершалась неоднократно, даже если я и делаю вид, что осуждаю подобные проявления и призываю к умеренности.

Он заявил в своей книге «Описание молитвы Пророка», на стр. 231: «Брат доктор альБути утверждает в своей книге «Аллямазхабийя», что есть единогласие ученых в вопросе о действительности следования ханифита в молитве за шафиитом в любом случае. Затем аль-Бути поразмыслил и ответил, что имеет в виду: «с условием действительности молитвы имама по мнению маъмума придерживающегося другого мазхаба нежели имам».

И таким условием он разрушил свою якобы поддержку умеренности по этому вопросу».

Т.е., аль-Альбани считает, что умеренность в этом вопросе заключается в том, чтобы мы утверждали, что молитва маъмума за имамом не его мазхаба действительна в любом случае, все равно, совершил ли имам что-либо, нарушающее молитву в мазхабе маъмума или нет, знал ли об этом маъмум или нет!..

Мы же спрашиваем устаза Насира, что он будет делать при совершении молитвы за имамом, если узнает, что в его кармане – бутылочка со спиртом, а спирт по иджтихаду шейха Насира является наджасом?

Будет ли он придерживаться умеренности, за отход от которой он меня осуждает, в то время как я делаю вид, что ее поддерживаю? И будет ли он совершать молитву за имамом, в кармане которого спирт, или же отбросит умеренность, о которой он говорит и отойдет в другой угол мечети, чтобы совершить молитву в другом джамаате?

Мы знаем, что аль-Альбани отказывается провожать многих покойников из числа мусульман и благочестивых, по нашему убеждению, мусульман, только по той причине, что они совершали те поступки, которые, по мнению аль-Альбани, являются подтверждением многобожия и неверия. И здесь он не говорит о следовании. Будет ли он следовать после этого в молитве за тем, кто, согласно его иджтихаду, совершил что-либо, нарушающее молитву?!

Я не играл словами, когда говорил о единодушии имамов о действительности молитвы одного мусульманина за другим, несмотря на различие их мазхабов. И не пристало мне в научном диспуте говорить о том, что расходится с моим мнением, даже если аль-Альбани приписывает мне это.

Моя речь по этому вопросу верна. Это понятно каждому, знающему методы изложения и правила по основам фикха. Умеренность в полной мере проявляется, когда факихи говорят, что молитва мусульманина за другим, следующим одному из четырех мазхабов действительна, если только маъмум не знает однозначно о недействительности молитвы имама. Если же он точно узнает об этом, то наиболее достоверно, что молитва маъмума недействительна, исходя из того, что правила относительно действительности или недействительности молитвы маъмума определяются его убеждениями, а не убеждениями имама. К примеру, если шейх Насир совершит молитву за тем, относительно кого он точно знает, что он не прочел бисмиля (бисмиляхиррохманиррохим) в начале суры Фатиха, а шейх Насир считает, что бисмиля – это аят из Фатихи, и что пропуск ее нарушает молитву. И в этом случае мы не посчитаем отказ шейха Насира от следования за таким имамом отходом от умеренности.

То, что мы действительно отвергаем и не считаем умеренностью, это смятение некоторых людей при совершении молитвы за любым имамом, который придерживается другого мазхаба (даже если это совершенная молитва). Нет среди наших прежних авторитетных факихов, на чей век пришлась иджа’, упомянутая нами, кто бы придерживался подобного фанатизма. Даже если и относит к ним себя устаз Насир в своей книге («Описание молитвы Пророка»), ему следовало представить нам список имен подобных факихов и указать нам источники их высказываний, которые, якобы, содержатся в их книгах и жизнеописаниях.

Новое, о чем говорится в брошюре, доказательства, приведенные в ней, и их опровержение Итак, мы выявили из тем, раскрытых в брошюре, то, о чем вести диспут нет никакой необходимости, и выявили цитаты, которыми их авторы доказывают то, в чем нет разногласия. Затем мы обнаруживаем помимо этого опасное и новое утверждение, и это – главная цель, к которой стремится автор, и это утверждение о том, что запрещено любому мусульманину придерживаться определенного мазхаба из четырех. И что такое следование является слепым фанатизмом и явным заблуждением, и поступающие так разделяют религию и проповедуют фракционизм. (стр. 7) Давайте покажем истинную сторону такого призыва, и посмотрим на его доказательства и основы, после того как мы удалили завесы, за которыми скрывалось это утверждение, касающиеся тех трех моментов, в которых нет разногласия и которые обоснованы имамами при помощи аргументов и доказательств. Эти моменты ни в коей мере не связаны с тем, к чему призывает брошюра. Приверженцы подобных взглядов не могут обосновывать свои утверждения доказательствами того, в чем нет разногласия между учеными.

Какие аргументы в пользу своего утверждения использует автор брошюры?

Мы их вкратце перечислим.

Первый аргумент. Ислам – это не более чем несколько простых положений, которые понятны любому бедуину и мусульманину. В качестве доказательства этого приводятся хадисы на стр. 5-6. А также, что мазхабы – это не более чем мнение ученых в их понимании некоторых вопросов, и следовать за этими мнениями ни Аллах, ни Его Посланник не вменили в обязанность никому из мусульман.

Мы говорим: из этого следует – если верно, что положения Ислама ограничены перечисленными Пророком бедуину делами, который, выслушав их, ушел не оборачиваясь, - то нет необходимости в тысячах хадисах, содержащихся в сахихах и муснадах, (сборник хадисов, в котором хадисы сгруппированы по их передатчикам из числа сподвижников. Прим перев) касающихся различных положений, связанных с жизнью мусульманина. И не стоило Пророку, несмотря на усталость, часами стоять в течение нескольких дней, обучая делегацию племени Сакиф положениям Ислама и обязанностям, возложенным на них Аллахом.

Диктовка Посланником людям основ Ислама и его столпов это одно, а обучение способам осуществления этих положений – это совсем другое. Для первого достаточно нескольких минут, для второго нужно усердие в изучении и упорство.

По этой причине он отправлял делегации мусульман, лучших своих сподвижников, распространять истинное понимание Ислама среди тех, кто понял суть Ислама в течение нескольких минут, чтобы они жили среди них и обучали их различным положениям Ислама и их обязанностям. Так он отправил Халида ибн Валида в Наджран, Али (да будет доволен им Аллах) – в Йемен, Абу Мусу аль-Аш’ари и Му’аза ибн Джабаля также в Йемен, Усмана ибн ’Аса в Сакиф, он отправил их всех, чтобы они обучали людей, подобных тому бедуину, быстрое понимание ислама которым используется автором брошюры в качестве доказательства. Чтобы они обучали их деталям положений шариата, помимо того, чему их обучил Пророк[1].

Да. В начале Ислама было мало проблем, которые нужно было решать, по причине малого распространения Ислама и простоты мусульман того времени. Однако, эти проблемы умножались с расширением границ исламского государства и появлением многочисленных подражаний, традиций и интересов, которые были раньше неизвестны. И все эти проблемы находили свое решение в источниках Ислама, будь то Коран, сунна, иджма’( единодушное мнение всех муджтахидов одной из эпох) уммы или аналогия (кияс) с основой, все эти источники исходят из сердцевины Ислама и его положений. Решения Аллаха – это только то, к чему нас приводит один из этих источников в соответствии с условиями их понимания, их последовательности и методом извлечения из них положений.

Как же тогда можно провести границу между Исламом и тем, что извлечено четырьмя имамами и им подобными из этих четырех основных источников Ислама?!… Как может говорить автор брошюры: «мазхабы – это не больше чем мнение ученых в их понимании некоторых вопросов и их иджтихад. И следовать за этими мнениями и иджтихадом Аллах и Его Посланник не вменили в обязанность никому из мусульман…».

И разве это не та же самая ложь, произнесенная из гордыни и упрямства немецким востоковедом Шахтом, известным своей ненавистью к Исламу?

Шахт говорит: «исламский фикх, составленный имамами мазхабов, это не более чем юридический труд, являющийся плодом юридических умов, которые захотели отнести это к Корану и Сунне». Эта книга Шахта – главная книга, которую преподают студентам в институтах Европы.

И если речь автора брошюры и немецкого востоковеда Шахта является верной, то это означает, что нам по шариату не обязательно соблюдать большинство положений из гражданского законодательства, потому что они – не более чем мнение имамов мазхабов, следовать за которыми, по мнению автора брошюры, не вменено в обязанность мусульманам Аллахом и Его Посланником. Также ничто не обязывает нас по шариату соблюдать исламский гражданский кодекс, который завтра составит комиссия из ученых, поскольку большинство положений этих законов – мнения и иджтихад, следовать за которыми не вменено нам в обязанность Аллахом и Его Посланником.

Как же мы тогда можем утверждать, что Ислам – это религия и государство?! И почему мы не признаем свою ошибку и не объявляем, как того хочет Шахт, что Ислам – это только религия?

Пророк посылал в племена и народы своих сподвижников, отличающихся хорошей памятью, пониманием и способностью выносить решения, он поручал им обучать людей положениям Ислама, тому, что запрещено и дозволено. Умма единогласна в том, что они делали иджтихад, когда их вынуждало к этому четкое доказательство из Корана и Сунны, Пророк (мир ему и благословение) одобрял их за это.

Абу Дауд и ат-Тирмизи привели от Шу’ба, (да будет доволен им Аллах), что Пророк (мир ему и благословение), когда отправлял Му’аза в Йемен, сказал: «Что ты будешь делать при необходимости вынести решение?» Он сказал: «Я буду судить на основе того, что в Книге Аллаха». Пророк сказал: «А если не будет этого в Книге Аллаха?» Тот сказал: «По сунне Посланника Аллаха (мир ему и благословение)» Пророк сказал: «А если не будет в сунне Посланника Аллаха?» Тот сказал: «Я выведу мое мнение, и не проявлю слабости».

И Пророк ударил меня по груди и сказал: «Хвала Аллаху, который помог посланнику Посланника Аллаха, в том, в чем довольство Посланника Аллаха»[2].

Этот иджтихад и понимание ученых асхабов, которые выносили решение на его основе, и согласно которому поступали люди, был дан с согласия и одобрения Посланника Аллаха (мир ему и благословение). Как же можно сказать об этом, что это иджтихад и понимание, следовать за которыми не вменено мусульманам в обязанность ни Аллахом, ни Его Посланником? Таким образом, положения Ислама не легки для понимания и их не так мало, как представляет автор брошюры, приводя в качестве аргумента те хадисы, о которых мы сообщили, напротив, они настолько обширны и всеобъемлющи, что охватывают все то, что связано с делами нашей жизни в общем и в частности, в различных обстоятельствах и состояниях, и все они исходят из Корана и Сунны либо из явных, конкретных доказательств, либо выводятся при помощи суждения, иджтихада, истинбата.

И каким бы из этих двух способов не понял мусульманин решение, это и есть решение Аллаха в его отношении, и ему нельзя отходить от него, и это также решение Аллаха в отношении того, кто просит у него вынести решение и получает его. В противном случае та отправка Посланником его сподвижников к народам и племенам была бы напрасной, и те люди имели право сказать: «Аллах и Его Посланник не вменили нам в обязанность следовать за Вашим пониманием и иджтихадом!»

Второй аргумент. Основа приверженности Исламу – это приверженность Корану и Сунне, а они непогрешимы, что же касается следования за имамами мазхабов, то это отход от следования за непогрешимым к следованию за другими. (Брошюра, стр. 8, 12)[3].

Мы говорим, комментируя эту удивительную речь: кто те, к кому вы обращаетесь с этим аргументом и относительно кого вы выносите решение? Если это те, кто в состоянии непосредственно понимать положения Корана, сунны и способны судить по аналогии, исходя из них, без посредничества муфтия и имама, то этот аргумент верен, поскольку нет смысла следовать за словами имамов, когда есть возможность понимать слова Аллаха и Его Посланника непосредственно. Однако, это, как мы уже разъяснили, не входит в предмет обсуждения и спора, нет и не было среди мусульман того, кто оспаривал бы эту истину. А если вы обращаетесь с этими словами к простым людям, которые не владеют орудием иджтихада, и пониманием аргументов и их значения, то это поистине удивительные слова, и их невозможно подтвердить никаким способом.

Непогрешимое в речи Аллаха это то, чего желал Всевышний Аллах своей речью. А огражденное от ошибок в сунне это то, что имел в виду Пророк в этой сунне. Что касается понимания людьми Корана и сунны, то едва ли оно непогрешимо, будь это понимание муджтахида, ученого или невежды. (О Аллах, если только это не четкий текст Корана и сунны, однозначно указывающий на что-либо, и исследующий этот текст хорошо владеет арабским языком. Непогрешимость такого понимания основывается на однозначности текста). Если же руководство Кораном и сунной основывается на понимании, и понимание это является гипотезой, то она не может быть непогрешимой, кроме как в том случае, который был выше разъяснен. Различие же между предположением обычного человека и предположением муджтахида в том, что предположение обычного человека дальше от непогрешимости. Так каков же смысл призывать простого человека к отказу от таклида, аргументируя это тем, что Коран непогрешим, а имам, за которым следуют, небезгрешен!? И разве люди делились бы с давних времен на простецов, мукаллидов и муджтахидов, если бы необразованные люди могли бы извлечь из текстов Корана истинный смысл и то, что имел в виду Всевышний Аллах?

Мне кажется, что автор брошюры воображает, что мазхабы имамов черпают свой иджтихад не из Корана и сунны, и что это мазхабы, не имеющие отношения к мазхабу Посланника Аллаха, и что они появились по причине соперничества с Пророком. И он хочет обратить внимание обманутых этим к истинному мазхабу, и обосновывает это тем, что эти мазхабы не безошибочны, в то время как мазхаб Посланника Аллаха – безгрешен.

Так как же вы можете отходить от безгрешного к чему либо другому?.. Читатель, подумай о смысле этого курьезного аргумента! Клянусь Аллахом, ты не найдешь ему никакого обоснования кроме того, что нами было выше разъяснено.

Третий аргумент. Нет никаких доказательств того, что человек будет спрошен в могиле о мазхабе и тарикате!… (стр. 10) Этот аргумент разъясняет, как вы видите, что автор брошюры убежден, что мерилом познания обязанностей, вмененных человеку Аллахом, – это вопросы, задаваемые относительно них двумя ангелами в могиле. Все, о чем спрашивают два ангела в могиле – это обязанность каждого дееспособного мусульманина, а все, о чем ангелы не спрашивают, не вменено в обязанность!

Я не знаю, установлено ли каким-либо источником исламского вероубеждения что два ангела спрашивают покойного о долгах, ответственности перед людьми, о торговых сделках, которые были противозаконны, о его запретных отношениях, о его небрежности в воспитании семьи и детей, о времени, проведенном им в болтовне и безделии?!

Если есть хоть что-либо, указывающее на то, что два ангела спрашивают обо всем этом, то мы посмотрим, спросят ли его ангелы: почему ты следовал за аш-Шафии, а не делал иджтихад, почему ты постоянно следовал за одним имамом и муджтахидом, а не переходил из мазхаба в мазхаб?… Если ангелы спрашивают мертвого обо всем этом, то я свидетельствую, что автор брошюры прав. И я свидетельствую, что я и остальные ученые и исследователи ошибались с того дня, когда мы считали, что вопросы ангелов касаются всех основ ислама, воплощающихся в вопросах, четко перечисленных в достоверных хадисах. Следовательно, задачей ангелов в могиле является получение детального и всеохватывающего отчета!

Но я продолжаю утверждать, также как и остальные учные и мусульмане, что обязанностей, возложенных на плечи мусульман в этом мире, намного больше тех обязанностей, о которых мусульман спрашивают в их могилах два ангела.

Ты не найдшь также никакого здравого оправдания этому третьему доказательству, если только ещ раз не представишь, что автор брошюры убеждн, что мазхабы имамов в понимании положений шариата, извлечнных из Корана и сунны, не что иное как мазхабы, оспаривающие мазхаб Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, и эти имамы выдвинулись (по его мнению), споря и конкурируя с Пророком, да благословит его Аллах и приветствует, и естественно, что два ангела спрашивают покойного о том человеке, который был послан к ним, т.е. о Мухаммаде, мир ему, и не спрашивают его о «конкурирующих» мазхабах, которые стали распространяться позже!..

Я надеюсь, что почтенный читатель не посчитает, что я использую эту речь для издевательства и насмешек над автором. Клянусь Аллахом, это то, что понял я и поймет любой, проанализировавший его речь. Автор разъяснил этот смысл своих слов самым явным образом, сказав: «Знай, что истинный мазхаб, за которым необходимо следовать и который нужно соблюдать, это мазхаб нашего господина Мухаммада. Он – великий имам, следовать за которым обязательно. А потом – за мазхабом его праведных халифов (да будет доволен ими Аллаха), и нет никого, за кем нам велено следовать, кроме Мухаммада и только, и не за кем другим. Всевышний сказал: «Примите то с чем пришел Посланник Аллаха, и откажитесь от того, что он вам запретил». Посланник Аллаха сказал: «Следуйте моей сунне и сунне праведных халифов» (стр. 12). Разве не ясно из этих слов, что автор брошюры считает, что существует несколько мазхабов, появившихся на протяжении истории. Каждый из них распространяется обособлено, и призывает людей только к себе.

А истинный мазхаб среди них – мазхаб нашего господина Посланника Аллаха, а все остальные мазхабы – ложные.

И ты, о читатель, несмотря на твою неосведомленность в вопросах истории становления исламской юриспруденции, как же ты можешь принять это извращенное понимание? Не может же быть так, что истина полностью скрыта от тебя...

Чем отличаются мазхабы четырех имамов и мазхаб Зайда ибн Сабита, Муаза ибн Джабаля, Абдуллаха ибн Аббаса в понимании некоторых вопросов Ислама? Каково различие между имамами четырех мазхабов и имамами мазхаба раъй в Ираке и мазхаба хадиса в Хиджазе? Основатели этих двух последних мазхабов – это лучшие сподвижники и табиины, и у тех и у других были последователи.

Будет ли говорить автор брошюры, что это десятки мазхабов, а не только четыре, которые явились, соперничая и препятствуя мазхабу Пророка? Может быть, он скажет, что мазхабы, соперничающие с мазхабом Пророка, это только четыре мазхаба, а те, что были до них – это истинные мазхабы, стоящие рядом с мазхабом Посланника Аллаха!

Я не знаю, какую позицию выберет автор брошюры, но я знаю, что лучшее в ней – это горечь, а достойнейшее – ложь и вымысел.

Упаси Аллах, чтобы иджтихад сахабов или табиинов или других имамов муджтахидов был чем-либо большим, нежели служение и толкование того, с чем пришел Посланник Аллаха, а пришел он с откровением от своего Господа. Но некоторые их иджтихады и толкования противоречат друг к другу, и эти противоречивые иджтихады стали путями понимания речи Пророка, а не путями соперничества и противоречия ему!… Как же они могут противоречить и соперничать с Пророком, в то время как каждый из них приводит в качестве доказательства его же речь и усердствует в понимании ее смысла!

Доказательство четвертое. Слова шаха валиюллаха ад-Дахляви из книги «аль-Инсаф», приведенные автором брошюры: «Кто следует за всеми словами Абу Ханифы, Малика аш-Шафии, Ахмада или других, и не основывается на приведенном в Коране и сунне, противоречит единогласному мнению всей мусульманской уммы и идет не по пути верующих».

Я говорю – эти слова, приведенные от ад-Дахляви, не относятся к мукаллиду, абсолютно неспособному на иджтихад. Этого нет ни в «аль-Инсафе», ни в других его книгах.

Напротив в других книгах он говорит совершенно противоположное.

Валиюллах ад-Дахляви говорит во всех своих книгах, в «аль-Инсаф» (стр. 53), в «Худжат Аллах аль-балига» (т. 1 стр. 132, издательство «Хайрийя»): «Умма, а точнее, исламские авторитеты, говорят, что следовать за этими четырьмя сформировавшимися и составленными мазхабами дозволяется до наших дней. И от этого идет явная польза, особенно в эти дни, в которые ослабло старание и усердие, а души вспоены страстью и каждому нравится свое мнение». И я бросаю вызов автору брошюры и его последователям, чтобы они подтвердили хоть одну строчку цитатой из любой книги адДахляви в доказательство измышленного на него!!

После этого он пишет на стр. 124-125, разъясняя, что нет препятствий для следования за одним конкретным имамом: «… Как может это кто-либо отрицать, если он знает, что прошение и дача фетв имели место среди мусульман со времен Пророка, и нет разницы между постоянным испрашиванием фетвы у одного и испрашиванием фетв у разных ученых. Как же это может быть запрещено, ведь мы не верим факиху, каким бы он ни был, что Всевышний ниспослал ему фикх и обязал нас повиноваться этому факиху как непогрешимому. Если мы и следуем за одним из них, то это потому, что нам известно, что он знает Книгу Аллаха и сунну Его Посланника. Его слова могут исходить либо из ясного смысла Корана и сунны, либо быть выведенными опять таки из Корана и сунны при помощи одного из способов истинбата, или же могут основываться на понимании причины того или иного положения шариата, так что ему кажется верным провести аналогию между тем, чему есть явное доказательство, и тем, чему такого доказательства нет. Как будто бы он говорит: «Я думаю, что Посланник Аллаха сказал: «При наличии такой-то причины действует следующее правило», и сравниваемое подпадает под общее правило. Это тоже относится к Пророку, но только на основе гипотез. Если бы не все это, мусульманин никогда не следовал бы за муджтахидом».

Поразмысли о противоречии этой речи ад-Дахляви и измышленного о нем автором брошюры!!.. Ты можешь обратиться к его книгам «Худжат Аллах аль-балига» и «АльИнсаф», чтобы убедиться, что его слова соответствуют приведенному нами!

Нет сомнений, что ад-Дахляви рассказал в приведенном отрывке о запрете таклида для того, кто достиг степени иджтихада по одному вопросу, или же по всем вопросам и положениям шариата. Однако, как уже было разъяснено, это не относится к предмету спора. Ни один разумный человек, не может приводить что-либо подобное в качестве доказательства запрещенности таклида или запрета на постоянную приверженность одному мазхабу для того, кто не является муджтахидом. Это одно, а то – другое. Я не знаю, почему он смешивает два разных вопроса.

Пятый аргумент. Слова Иззу ибн Абдуссаляма, ибн аль-Кайима, Камаль ибн альХимама, приведенные автором брошюры в качестве доказательства утверждений, ради которых была распространена брошюра. Это утверждение о запрете на приверженность определенному мазхабу и обязанности всех людей основываться непосредственно на Коране и сунне. Или же – о постоянном переходе от следования за одним муджтахидом к другому, не останавливаясь на ком-то одном.

Все приведенное от этих ученых не имеет отношения к ложным утверждениям, у которых нет подтверждения. Как же эти цитаты могут быть доказательством, в то время как авторы цитат придерживались конкретного мазхаба и никто из них не отходил от следования своему мазхабу к другому!! Иззу ибн Абдуссалям – шафиит, ибн аль-Кайим – ханбалит, Камаль ибн аль-Химам – ханифит.

Все приведенные высказывания имамов касаются тех трех вопросов, которые были исключены нами из предмета спора. Относительно них все истинные ученые единогласны. И вряд ли эти слова могут быть доказательством утверждений, которые автор брошюры пытается распространить, и найти многочисленных их сторонников.

Первоначально мы предлагаем вашему вниманию слова Иззу ибн Абдуссаляма.

В своей книге «Каваид аль-ахкам», т. 2 стр. 135, он говорит: «… никто не имеет права следовать за тем, за кем следовать не велено, как муджтахид не может следовать за муджтахидом или асхабом. В этом вопросе мнения ученых различны. Тем, кто отвергает это, можно привести аят Корана: «Власть принадлежит только Аллаху, Он повелел поклоняться только Ему». Из этого правила делается исключение только для простых людей. Их предназначение – таклид, поскольку они не могут постичь истинной сути положений с помощью иджтихада, в отличие от муджтахида, который в состоянии выводить решения. Если мусульманин следует за одним из четырех имамов, то может ли он перейти к следованию за другим? В этом есть разногласие. Предпочтительное мнение – все зависит от ситуации. Если в мазхабе, к которому он хочет перейти, есть положение, которое аннулируется, то он не имеет права переходить к положению, которое должно быть аннулировано, поскольку оно аннулируется только из-за его неправомерности. А если взгляды двух мазхабов близки меж собой, то таклид и переход к другому мазхабу допустимы, потому что люди со времен асхабов до времени четырех имамов не перестают следовать за достоверными учеными, без отрицания кого-либо, обладающего авторитетом. Если бы это неверно, то ученые отрицали бы это. Так же не обязательно следовать за лучшим мнением, хотя это и предпочтительней. Так как если бы следовать за ним было обязательно, то люди не следовали бы за достойным и менее достойным во времена асхабов и табиинов. Они были вольны следовать за достойным и самым достойным ученым. Однако более достойные не призывали людей следовать только за ними, а менее достойные не запрещали обращаться к ним с вопросами, из-за наличия более достойных. В этом всем нет сомнения для обладающих разумом».

Я полностью процитировал его слова, ни упуская ни одной буквы, чтобы ты знал, что то, о чм этот имам говорит, совершенно противоположно измышленному на него Ходжанди. Иззу ибн Абдуссалям, да смилуется над ним Аллах, как ты видишь, говорит о необходимости таклида для простых людей, а автор брошюры обязывает их оставить ошибающихся, и следовать за непогрешимым. Имам берт за основу неотступное следование мукаллидом за одним имамом, далее он обсуждая желание мукаллида перейти к другому мазхабу, упоминает разногласия, и, как ты видишь, склоняется к допустимости (но не обязательности) перехода к другому мазхабу, при соблюдении определнных условий, не видит помехи в том, чтобы мукаллид неизменно придерживался конкретного мазхаба, а Ходжанди обязывает его переходить из одного мазхаба в другой. То, что он измышляет на Иззу ибн Абдуссаляма (да смилуется над ним Аллах) поражает разум, он говорит от его имени противоположное его словам [4].

Действительно, Иззу ибн Абдуссалям вслед за вышеприведенными словами осыпает упреками тех факихов, которые поняли слабость источников, взятых за основу имамом мазхаба, познали сущность вопроса, но не нашли ничего, что подкрепляло бы слабое мнение имама, но, несмотря на все это, продолжают следовать за имамом по этому вопросу и не следуют за Кораном, сунной и киясом на основе своего мазхаба, проявляя тем самым фанатизм в таклиде. Иззу ибн Абдуссалям вполне обоснованно подробно говорит об этом.

Какая же связь между этим и тем, к чему призывает Ходжанди?! На каком основании этот человек прикрывает подобными цитатами свои ложные утверждения?.. Разве он не думал о других словах, идущих рядом со словами, приведенными им, чтобы понять смысл речи, все стороны вопроса? Действительно ли он не размышлял над этим и не заметил этих слова Иззу ибн Абдуссаляма, или же он увидел и понял их, но проигнорировал их, и аннулировал их своими последующими словами. Зачем он говорит от имени человека то, к чему тот непричастен?!..

Вот мнение по этому вопросу ибн аль-Кайима:

Он пишет в своей книге «А’лам аль-муки’ин» (т. 3, стр. 168, издательство «ас-Са’ада»):

«детальное изложение вопроса таклида, его разделение на запрещенный, на основе которого не дозволяется выдавать фетвы; обязательный и дозволенный, но не обязательный. Первый вид делится на три подвида. 1. Отход от ниспосланного ВсевышнимI, довольствование следованием за предками. 2. Следование за тем, о котором не известно, что его фетвам можно доверять. 3. Таклид после уяснения аргумента и его весомости, в противоположность мнению того, за кем следуют». Затем ибн аль-Кайим подробно перечисляет и раскрывает вред и плохие стороны трех видов запретного таклида. Все приведенное им, будь то осуждение таклида, его порицание, остережение от него, относится к трем видам запретного таклида. Может быть, поверхностно прочитав часть разъяснения, и не опираясь на исходный пункт вопроса, читатель может посчитать, что ибн аль-Кайим осуждает таклид как таковой. Затем он приводит в качестве аргумента запретности таклида как такового отдельные высказывания ибн аль-Кайима, приведенные им в своих подробных разъяснениях, как это и было сделано автором брошюры.

Но человек размышляющий понимает, что ибн аль-Кайим разбил свое подробное разъяснение на разделы и на этой основе проводил исследование вопроса. В качестве абсолютного доказательства можно привести, помимо вышеуказанного, его высказывания в этом исследовании: «Если скажут, что порицались те, кто следовал за кафирами и своими неразумными предками, не придерживающимися истины, и не осуждается тот, кто следует истинным ученым, а, напротив, велено обращаться с вопросами к людям зикра, т.е. ученым, и это ни что иное как следование (таклид) за ними. Аллах сказал: «Так спрашивайте же знающих, если вы не знаете». Это повеление тому, кто не знает, следовать за знающими. То на все это можно ответить следующим образом.

Всевышний осудил тех, кто отказался от ниспосланного Им, и вместо этого следует за своими предками. Этот вид таклида, по единогласному мнению салафитов и четырех имамов, запрещен и порицаем. Что касается того, кто приложил свои усилия чтобы следовать за ниспосланным Всевышним, и от него некая часть этого осталась скрытой и он следует в той (скрытой) части за тем, кто имеет больше знаний, это похвально и не порицаемо, вознаграждаемо и не грешно, как это будет разъяснено при раскрытии вопроса обязательного и дозволенного таклида».

После этого Ибн аль-Кайим примерно на ста страницах своей книги осуждает виды ложного таклида, и кажется, что он забыл, после столь долгого и подробного разъяснения, рассказать о втором виде следования, о котором он обещал рассказать – обязательном таклиде. Он переходит вместо этого к рассказу о первоисточниках, запрете на дачу фетв, противоречащих им, а также о соотношении сунны и Корана.

Кто поразмыслит над исследованиями ибн аль-Кайима в книге «А’лам аль-муки’ин», и проявит терпение при ее чтение, читая ее неторопливо и осмысливая, обнаружит в ней нечто удивительное в этой области. Он иногда делит обсуждаемый вопрос на части и категории, а затем говорит только о некоторых категориях вопроса, подробно растолковывая и обсуждая их, порой допуская отступления от вопроса. Затем он пропускает некоторые вопросы, не исследует их, и переходит к другим, как это было сделано по изучаемому нами вопросу. А иногда он впадает в поразительные противоречия, причина которых нам не известна. Такие, например, как противоречия в ходе подробного рассказа о ухищрениях и его положениях. [5] Как бы то ни было, автор в другом месте книги рассказал о законности таклида и его необходимости для того, кто не достиг степени иджтихада. Он написал большие разделы о условиях и правилах дачи фетвы. Он включает во многие вопросы и разделы разъяснение положения простого человека и ученого, не достигшего степени иджтихада, которые обязаны следовать за имамом в вопросах дозволенного и запретного, находясь под его наставничеством. Он говорит, что подобный человек не имеют права давать фетвы, даже если он имеет все книги по хадисам и может найти хадис по требуемой фетве. Твоему вниманию, читатель, мы предоставляем некоторые его цитаты, разъясняющие это вопрос.

В т. 4, на стр. 175, в разделе «двадцатая польза» Ибн аль-Кайим говорит: «Нельзя мукаллиду давать религиозную фетву о том, в чем он является мукаллидом, неспособным на понимание вопроса, за исключением цитирования слов того, за кем он следует. Это единодушное мнение всех саляфов, это же разъяснили имамы Ахмад и аш-Шафи’и (да будет доволен ими Аллах). Абу Амр ибн ас-Салах сказал: «Абу ’Абдулах аль-Халими, имам шафиитов в Мавверанахре и Кади Абу аль-Мухсин ар-Равьяни, автор книги «Бахр аль мазхаб» (Океан мазхаба) и др., однозначно заявили о том, что мукаллид не имеет права давать фетву по вопросам, в которых он является мукаллидом».

Затем ибн аль-Кайим заостряет на этом внимание и подробно разъясняет истинность этого утверждения.

В 4 т. на стр. 196 он пишет: «Двадцать первая польза. Можно ли следовать за фетвой того, кто, изучив одну или более книг фикха, стал факихом, неспособным на познание Корана, сунны, изречений саляфитов, выведение положений, определение более достоверного мнения?

Относительно этого есть четыре мнения ученых. … Правильное мнение: в этом случае необходима детализация, то есть, если спрашивающий имеет возможность обратиться к мнению ученого, который приведет его к истине, то он не имеет права испрашивать фетву у подобного факиха, который не имеет права называть себя муфтием при наличии настоящего ученого. Если испрашивающий фетву не может найти настоящего ученого, то нет никаких сомнений в том, что обращаться к подобному факиху лучше, чем поступать без опоры на какие-либо знания…».

В 4 т. на 215 стр. он пишет: «Тридцатая польза. Имеет ли право муджтахид мазхаба, не являющийся абсолютным муджтахидом, выносить фетву на основе слов своего имама?

Имеется два мнения сподвижников аш-Шафии и Ахмада. Первое мнение – это допустимо, поскольку следующий за муджтахидом мазхаба следует за покойным имамом. А муджтахид мазхаба всего лишь передает слова имама. Второе мнение – он не имеет права на фетву, поскольку спрашивающий следует за ним, а не за покойным имамом, а покойный не давал фетву по заданному вопросу. Спрашивающий же говорит муджтахиду мазхаба: «я следую за твоей фетвой».

В т. 4 на стр. 215 он пишет: «Допустимо ли живому человеку следовать за покойным, и поступать согласно его фетвам, не считая фетву аргументом в пользу правомерности поступка. Имеется два мнения сподвижников имама Ахмада.

Запретившие это говорят:

«Если бы муджтахид был живым, то он мог бы изменить свой иджтихад, повторно изучив вопрос, при возникновении такой необходимости». Другие говорят о допустимости этого и, опираясь на это мнение, так поступают большинство мукаллидов на просторах земли, и лучшее, что есть у них – следование за покойными… Высказывания не гибнут со смертью их автора. Также как хадисы не гибнут со смертью того, кто их привел».

В т. 4 на стр. 234 он пишет: «Сорок восьмая польза. Может ли кто-либо, имея при себе два Сахиха или один из них, или же одну из достоверных книг по сунне Пророка, выдавать фетву, опираясь на эти книги?.. Правильное мнение таково: в этом случае необходима детализация. Если значение хадиса ясно для каждого слышащего его и он не может иметь другого смысла, то такой человек имеет право действовать, опираясь на подобный хадис и давать на основе него фетвы. Он не нуждается в подтверждении смысла хадиса со стороны факиха или же имама, поскольку доказательством являются слова Посланника Аллаха… Если же смысл хадиса скрыт, и не ясно его значение, то подобный человек не имеет права действовать и давать фетву на основании своего представлении об истинном значении хадиса, пока он не спросит и не выяснит значение хадиса и его смысл…» Затем он сказал: «Это относится к тому, кто обладает некоторым пониманием шариата, но не имеет достаточных знаний по ответвлениям, основам фикха и арабскому языку. Если же человек не обладает пониманием шариата, то ему необходимо действовать в соответствии с аятом: «Спрашивайте знающих, если вы не знаете» [6].

В т. 4 на стр. 237, отвечая на вопрос: «Имеет ли право муфтий давать фетву не на основе мазхаба своего имама?», он приводит слова Абу Амра ибн ас-Салаха: «Если обнаруживший хадис, противоречащий его мазхабу, обладает совершенными средствами полного иджтихада или же иджтихада в мазхабе, или же в данном разделе, или же в данном вопросе, то ему лучше действовать в соответствии с хадисом. Если же он не обладает совершенными средствами иджтихада и ему претит поступать вопреки хадису после того, как он исследовал вопрос и не нашел какого-либо оправдания отходу от хадиса, то он должен посмотреть, действовал ли в соответствии с этим хадисом независимый имам или нет. Если такой будет обнаружен, то он может следовать за этим имамом, действуя в соответствии с хадисом. Это будет оправданием ему в отходе от мазхаба своего имама. Аллах лучше знает».

Непосредственно после этого он пишет: «Пятидесятая польза. Дозволено ли муфтию, относящемуся к одному мазхабу, давать фетву по мазхабу другого имама, чье мнение кажется ему более весомым? Если он следует по пути имама в иджтихаде и выявлении доказательств, то он имеет право давать фетву на основе мнения другого имама, если оно кажется ему более достоверным. Если же он является муджтахидом, придерживающимся высказываний имама, то он не должен отходить от него. Только сказано: он не должен давать фетвы не по мазхабу своего имама, если же он хочет этого, то он имеет право только на дословную передачу. Истина же в том, что если он считает мнение другого имама более достоверным, по причине более достоверных аргументов, то оно должно быть выведено согласно основам фикха по мазхабу его имама и согласно его принципам, а имамы единогласны в вопросах основ. Если кто-либо из них выскажет менее достоверное мнение, то оно опровергается основами фикха его мазхаба, и соответственно должно быть более достоверное мнение. Любое достоверное мнение, несомненно, выведено из основополагающих принципов имамов. Если этому придерживающемуся муджтахиду станет ясна достоверность мнения другого имама, и действительность его источников, подтверждающаяся принципами его имама, то он может давать фетвы не по мазхабу своего имама. А помощь – от Аллаха».

Это – отрывки его речи из его рассказа об условиях и этике выдачи фетв. Видится ли тебе, читатель, в его словах что-либо, запрещающее таклид, и вменяющее в обязанность людям опираться непосредственно на Коран и сунну? Или же ты видишь, что он запрещает постоянно соблюдать один конкретный мазхаб, или ты видишь, что он велит мукаллиду на протяжении всей жизни переходить от одного муджтахида к другому?

Разве ты не видишь, что в каждом из вышеприведенных отрывков отчетливо, так, что не остается никаких сомнений, разъяснено, что невежда не способен ни на что, кроме таклида. И что приверженец конкретного мазхаба не имеет права давать фетвы не по своему мазхабу, если только он не муджтахид по этому вопросу. И что таклид за покойным подобен таклиду за живым, поскольку, по определению ибн аль-Кайима, слова не погибают вместе с их автором. И что благодаря опоре только на книги хадисов мукаллид не становится муджтахидом?!.

Если бы ибн аль-Кайим был бы согласен с автором брошюры в том, что следование за имамами – это следование за теми, кто небезгрешен, а следование за Посланником Аллаха

– следование за непогрешимым, то получается что все должны опираться непосредственно на непогрешимого. Так что же с ним? Он делает из следования за четырьмя мазхабами объект обсуждения и основу своих определений. Он запрещает мукаллиду обращаться непосредственно к книгам хадисов и запрещает ему давать фетвы, запрещает испрашивающему фетву опираться на его слова, предостерегает его, т.е.

мукаллида, при даче фетв переходить границы мазхаба своего имама, если только он не является муджтахидом по вопросу этой фетвы. Он успокаивает мукаллида в том, что следование за уже умершим муджтахидом дозволено и не запрещено.

Я очень много привел цитат из имама ибн аль-Кайима по обсуждаемому вопросу, поскольку я знаю о фанатизме приверженности тех, кто призывает к безмазхабности, словам ибн аль-Кайима. Это еще больший фанатизм, чем «ненавистный»

фанатизм, в котором они подозревают всех мусульман, следующих за своими мазхабами… Если они поразмыслят над вышеприведенными цитатами, то, может быть, фанатизм в приверженности мнению ибн аль-Кайима облегчит им возврат на пути истины.

Что касается одной цитаты, из всех высказываний ибн аль-Кайима по этому вопросу выбранной автором брошюры, с целью опереться на его мнение в своем утверждении о запрете придерживаться определенного мазхаба, то аль-Кайим не имеет никакого отношения к подобным утверждениям. И вот отрывок из ибн аль-Кайима: «… Напротив, для человека неграмотного нет мазхаба, даже если он и относится к нему. У простого человека нет мазхаба, если он скажет – я шафиит, маликит, ханифит или ханбалит или кто-то другой, то он не станет таковым, сказав это…» Контекст же, из которого извлечен этот отрывок, разъясняет нам то, в чем нет никакого сомнения, а именно, необязательность соблюдения мукаллидом одного мазхаба во всех случаях. Но мы уже сказали ранее, что по этому вопросу нет разногласий, и вывели его из обсуждаемой области.

Однако этот приведенный нами отрывок,(напротив для человека неграмотного…) и есть тот единственный, который дает нам ложное представление об истинности призыва брошюры: отбросить таклид и привести всех людей к следованию за Кораном и сунной.

На самом же деле, этот отрывок не имеет никакого отношения к этому призыву. Значение этого отрывка, как считают многие ученые, заключается в следующем. Если несведущий обратится к муфтию для получения фетвы по интересующему его вопросу, то ему следует принять ответ муфтия, а не требовать фетвы по конкретному мазхабу, поскольку муфтий является муджтахидом, а иначе было бы недопустимо ему называться или быть муфтием.

Муджтахид же отвечает спрашивающему согласно своему иджтихаду, и не имеет права следовать за муджтахидом, подобным себе, и выносить фетву согласно его мазхабу.

Однако неграмотный имеет право спросить у муфтия, что говорил имам Шафии по его вопросу, а муджтахид имеет право процитировать слова имама по данному вопросу, но не в качестве фетвы. А что касается требования несведущему к муджтахиду дать фетву по мазхабу, то это не позволительно, поскольку он не более чем джахиль, притязающий на знание мазхаба конкретного имама, или на отношение к нему. Ведь если бы он был осведомлен в мазхабе, то он не нуждался бы в испрашивании фетвы.

Относительно вышеприведенного, в истинности чего нет никакого сомнения, учные высказались следующим образом:

«Мазхаб несведущего – это мазхаб его муфтия, и согласно этому у него не может быть конкретного мазхаба.»

Но как быть несведущему, который не может найти в своем окружении муфтия (абсолютного муджтахида), а видит только учнных мукаллидов, каждый из которых неуклонно следует конкретному мазхабу, а тот, кто называется муфтием среди них, является таковым лишь образно?.. [7] Поистине, принцип «мазхаб неграмотного – это мазхаб его муфтия» абсолютно не применим в этом случае, как это видно со всей очевидностью, поскольку у данного вопрошающего нет муфтия. Ему в этом случае необходимо искать фетву у одного из прежних муджтахидов, поскольку прежде уже было сказано учеными, и в числе первых из них - ибн аль-Кайим, что слова не погибают со смертью их авторов, а значит, живому допустимо следовать в своих воззрениях за покойным.

Лучшие же из прежних муджтахидов, к кому можно обратиться за фетвой, по единогласному мнению ученых всей уммы, это четыре имама – в силу того, что эти мазхабы разработаны, исследованы, сформированы, и есть причины для уверенности в том, что эти мазхабы действительно относятся к их авторам, чего нельзя сказать о других мазхабах. Желающий может спросить у них что угодно, задавая вопросы ученым этих мазхабов, или напрямую изучая их книги, если он способен на это. Далее ему допустимо следовать только одному из мазхабов в отношении всех вопросов, с которыми он сталкивается, равно как допустимо и переходить в другой мазхаб, с соблюдением условий, изложенных учеными и частично перечисленных выше. На самом же деле несведущий не выходит за рамки принципа «мазхаб несведущего – мазхаб его муфтия», поскольку когда он не находит в своем окружении муфтия и вынужден обращаться за фетвой, допустим, к аш-Шафии, то, в соответствии с тем же принципом, его мазхабом становится мазхаб самого аш-Шафии.

Это и есть смысл речи ибн аль-Кайима, то же самое вы обнаружите и в остальных книгах по усулям в главах об иджтихаде, в подробной и ясной форме.

Далее предлагаем вашему вниманию то, что говорит по этому поводу Камаль ибн альХимам. В своей книге «ат-Тахрир» он пишет следующее: «Допустимо ли ему следовать за другим имамом (т.е. не за тем, за которым он следовал в начале) в отношении другого вопроса? Предпочтительный ответ – да, в силу твердого знания о том, что они (праведные предки) испрашивали фетвы то у одного имама, то у другого, не прибегая к фетвам только одного имама. Если же он будет придерживаться одного имама, к примеру, Абу-Ханифы или аш-Шафии, то сказано, что он обязан следовать только за ним, и сказано не обязан».

Затем комментатор книги «ат-тахрир» отдает предпочтение второму мнению, и это мнение большинства ученых, поскольку обязательным является только вмененное в обязанность Аллахом, а Аллах обязал несведущего только следовать за ученыммуджтахидом, но не обязал его постоянно следовать за одним и тем же ученым.

Удивительно, что автор брошюры приписывает Камалю ибн аль-Химаму еще и другие пространные высказывания, которые не принадлежат ему. Это слова ибн Амира альХаджа в его толковании к «ат-Тахрир», которое он называет «ат-такрир ва ат-тахбир». Это запутало «великого ученого», автора брошюры. И он приписал речь, приведенную им, ибн аль-Химаму. В то время как тот никогда не говорил это. Он приписал ему книгу «аттакрир ва ат-тахбир», в то время как тот никогда не писал книги с таким названием [8].

То, что сказал ибн Амир аль-Хадж по этому вопросу, полностью соответствует словам ибн аль-Кайима о неграмотном, испрашивающем фетву у муфтия, который не имеет мазхаба. И что его мазхабом является мазхаб его муфтия. Мы уже подробно разъяснили смысл этих слов.

Шестой аргумент. Утверждение, что четыре мазхаба возникли в силу жестокой политики и захвата власти амбициозными не арабами. Автор брошюры приписывает это утверждение книге «Мукаддима» ибн Халдуна. Он говорит: «Если ты хочешь изучить причины возникновения мазхабов и течений, то тебе следует прочесть эту книгу, где он, да воздаст ему Аллах за это добром, совершенно ясно объясняет то, что мазхабы произошли и распространились в силу жестокой политики и захвата власти амбициозными не арабами».[9] Я утверждаю - мы последовали совету автора брошюры и проштудировали книгу ибн Халдуна и проанализировали его речь о причинах возникновения мазхабов, и не наткнулись ни на что из того, что утверждал автор брошюры и приписывал ибн Халдуну. Мы обнаружили в его речи только ясную истину, в которой единогласны все авторитетные ученые, и которая никоим образом не понравится автору брошюры.

Он пишет (стр. 216, издательство «Буляк») по поводу рассказа о фикхе, о его возникновении и возникновении мазхабов следующее: «…Не все асхабы давали фетвы и не у всех из них учились религии. Это было присуще только знатокам Корана, знающим отменяющие и отмененные аяты, требующие толкования и ясно изложенные, и другие указания, полученные от Пророка или же от тех, кто слышал от лучших сподвижников, и поэтому этих сподвижников называли «аль-Куррау» (чтецами). Так все и продолжалось в первые времена, затем мусульманские города разрослись, арабы расстались с неграмотностью, занимаясь изучением Книги, стал доступен истинбат, фикх стал совершенным и стал профессией, и сложился как наука. Эти люди стали называться факихами и улемами. Фикх разделился на две группы – приверженцев мнения и аналогии, к этой группе относились жители Ирака; и приверженцев хадиса, к ней относились жители Хиджаза. Хадисы среди жителей Ирака были мало распространены по вышеупомянутым причинам, они широко применяли кияс, и совершенствовались в нем, поэтому их и назвали ахль аль-раъй (люди мнения). Предводителем тех, среди кого был распространен этот мазхаб, был Абу Ханифа ан-Ну’ман и его ученики. Имамом жителей Хиджаза являлся Малик ибн Анас, а после него – аш-Шафии. Затем некоторые из ученых начали отвергать кияс, и считали поступки, основанные на нем, недействительными, этими учеными были захириты. Они сводили все источники к Корану, сунне и иджме, и свели явный кияс и причину установления шариата непосредственно к тексту Корана и сунны, поскольку установление шариата по какой- либо причине является установлением, распространяющимся на все аналогичные причины. Имамом этого мазхаба был Давуд ибн Али, его сын и их ученики. Эти мазхабы были в то время мазхабами большинства авторитетных ученых, известных умме того времени.

Затем он разъясняет, как некоторые шииты выделили свои вымышленные мазхабы и свой фикх, то же самое он сказал и о хариджитах, и как эти две группы отошли от пути большинства мусульман и единогласно признаваемых ими мазхабов. После этого он разъясняет, что мазхаб захиритов исчез с исчезновением его имамов, установлением основ фикха и правил выведения решений на основе Корана, сунны и мнения, а также изза того, что называющих себя захиритами порицало большинство ученых.

Он говорит:

«Этот мазхаб не сохранился нигде, кроме как в нескольких многотомных книгах.

Зачастую многие ученики, желающие относится к мазхабу захиритов, упорно изучая эти книги, желают взять фикх и мазхаб из книг захиритов, и это не приносит им пользы. Это приводит их к противоречию и отрицанию мазхабу большинства, и по этой причине таких последователей нередко относят к нововведенцам, поскольку они черпают знания из книг без помощи учителя».

Затем ибн Халдун дает биографию каждого из четырех имамов, разъясняя уровни знания и достоинство каждого, рассказывая о том, как получили фикх и усул некоторые из них, и как совместили ученики Абу Ханифы метод жителей Хиджаза с методом жителей Ирака, и как встретились две школы. Он также разъяснил степень и место распространенности каждого мазхаба. Затем сказал: «Люди закрыли после этого врата и пути разногласий, поскольку приумножилась разветвленность научной терминологии, и трудно было достичь степени иджтихада, потому что опасались иджтихада со стороны тех, кто не достиг этой степени, чье мнение не признавалось, и кто не настолько тверд в религии».

Это краткое изложение сказанного ибн Халдуном о мазхабах и их происхождении, и все это – не в пользу автора брошюры, и это не поможет ему. Я надеюсь, что уважаемый читатель обратится к этому исследованию из «Мукаддима» ибн Халдуна и полностью прочтет его, потом проявит усердие, и укажет хотя бы на одно слово, которое говорит о жестокой политике, повлиявшей на возникновение четырех мазхабов, как то говорит автор брошюры. Пусть назовет после этого работу автора брошюры так, как ее следует назвать по-арабски или же на любом другом языке. И пусть простит, что я не сделал этого.

Я взял на себя обязательство в начале этой книги не подходить к этой теме кроме как с чисто научной стороны, и что я не буду использовать свое перо каким-либо способом, опускающимся ниже этого уровня, несмотря на то, что брошюра переполнена такими описаниями и выражениями.

Седьмой аргумент. Слова автора брошюры: «Мукаллиду говорят: «на чем основывались люди до того, как появился такой-то и такой-то, за которыми вы следуете, и слова которых вы приравняли к словам Законодателя? Были ли люди до появления имамов в заблуждении или же на истинном пути? Необходимо подтвердить, что они были на истинном пути. Тогда ему (мукаллиду) скажут: разве они не следовали только за Кораном, сунной и словам сподвижников, и разве они не отдавали предпочтение словам Аллаха, Его Посланника и его сподвижников (да будет доволен ими Аллаха) перед тем, что противоречит им? И разве не отдавали они предпочтения решениям на основе их, а не на основе мнения такого-то или такого-то? Если это и было истинным путем, то разве все иное не заблуждение, как же они обольщены?!…»

(Брошюра, стр. 38) Разоблачая этот удивительный аргумент, мы отвечаем за того мукаллида, которого спрашивает автор брошюры: «люди до того, как появились такие-то и такие-то, поступали так, как говорит об этом ибн Халдун в разделе, на цитату из которого ты сам опирался.

Разве ибн Халдун не говорит в этом разделе: «Не все асхабы давали фетвы и не у всех из них учились религии. Это было присуще только знатокам Корана, знающим отменяющие и отмененные аяты, требующие толкования и ясно изложенные, и другие указания, полученные от Пророка» Так в чем же смысл этих ясных слов?

Если число занимающихся фетвами и иджтихадом среди асхабов было ограничено теми, кто отличался от других, как он говорит, а остальные не достигали их уровня, так от кого же учились своей религии эти остальные? Нет никакого сомнения, что они учились религии у этого ограниченного количества сподвижников, отличающихся способностью к иджтихаду и истинбату. Разве таклид это что-то иное?!.. Таким образом, положение не изменилось, и между этими двумя эпохами нет никакой разницы. Неграмотные во времена сподвижников следовали за теми, кто прославился в их время фетвами и иджтихадом. И во время табиинов они поступали также, и в следующем поколении поступали аналогично. И аш-Шафии, Абу Ханифа, Ахмад, Малик – это ни кто иные, как муджтахиды, за которыми дозволено следовать несведущим, также как было дозволено несведущим до них следовать за подобными этим имамам, и также как было дозволено неграмотным асхабам следовать за муджтахидами своего времени, такими как ибн Аббас, ибн Мас’уд, Зайд ибн Сабит, праведные халифы.

Разве все знатоки истории и истории законодательства не единогласны в том, что во времена табиинов было два крупных мазхаба: мазхаб хадиса в Хиджазе и мазхаб мнения в Ираке. И что все жители Хиджаза следовали за их главенствующим мазхабом, а все иракцы следовали за главенствующим мазхабом среди них? У каждого из мазхабов были свои имамы?!

Что же, противоречащее этой ситуации, могло произойти при появлении четырех мазхабов? Ничего нового, все сводится к тому, что имамы четырех мазхабов изложили свой путь истинбата, который они извлекли из доказательств Корана и сунны, с помощью которых они отграничили верные мнение и кияс от ложных. Таким образом соединились оба мазхаба – мнения и хадис, и постепенно стали незаметными две крайности. Это стало самым главным фактором, повлиявшим на подготовку для четырех мазхабов высокого места на поле исследований и иджтихада, и для обращения различных групп и слоев для соблюдения этих мазхабов и получения от них фетв. Эти реалии известны и изучаемы, и я не считаю необходимым тратить время для перечисления аргументов и цитат.

Таким образом, какое же разногласие произошло относительно сущности иджтихада и таклида, чтобы автор брошюры мог говорить: «на чем основывались люди до появления такого-то и такого то?». Он будто бы навязывает такой спор, от которого нет избавления!

И говорит о том, в какое заблуждение и вымысел впали последователи четырех мазхабов, в то время, как они ничем не отличаются от тех, кто следовал за мазхабами мнения и хадиса, и от тех, кто следовал за имамами и муджтахидами среди асхабов?!

[1] Профессор Насир оправдывает Ходжанди за его слова, свидетельствующие о прямо противоположном тому, что было нами разъяснено, тем, что он – житель Бухары, не араб, не мог разъяснять… И молится о его вознаграждении, поскольку он смог написать такую книгу, и призывает нас, чтобы мы понимали слова мусульман, основываясь на принципе доброго мнения о них.

Мы удивляемся тому, что в этой книге имеется хоть какая-то доля выражений на «ломаном» языке. В то время как сам текст говорит о противоположном, поскольку мы искали проявления таких выражений и плохого знания арабского в книге Ходжанди и не нашли этого ни в одном предложении.

Согласен ли профессор Насир оправдывать шатахаты некоторых суфиев из числа не арабов, по причине того, что в их речи были следы ломаных выражений и примесь родного языка. Будет ли он и здесь соблюдать по отношении к ним принцип доброго мнения о мусульманах, к которому он нас призывает?

[2] Этот хадис привел Шу’ба от Абу ’Авна, от Хариса ибн ’Амра, от людей из соратников Му’аза, от Му’аза… Ибн аль-Кайим говорит о нем в книге «А’лам аль-муки’ин», т. 1, стр.

202: «Этот хадис, даже если он приведен от безымянных соратников, но они соратники Му’аза, и это не вредит хадису, поскольку это указывает на известность этого хадиса, и Харис ибн ’Амр рассказал этот хадис от группы из соратников Му’аза, а не от одного из них. И это еще больше указывает на известность этого хадиса, чем если бы этот хадис привел один человек, имя которого было бы названо. А среди соратников Му’аза не известен кто-либо как лжец, подозреваемый во лжи, или отверженный. Некоторые из имамов-хадисоведов сказали: если ты увидишь в иснаде какого-либо хадиса Шу’бу, то крепко держись за этот хадис. Абу Бакр ибн Хатиб сказал: «Было сказано, что ’Убадату ибн Наси привел его от Абдурахмана ибн Ганама, а тот – от Му’аза, а это непрерывный иснад, и передатчики его известны своей порядочностью, поскольку ученые приводят его, и используют его в качестве доказательства, по этой причине мы считаем его достоверным по мнению этих ученых».

[3] Мы спросили шейха Насира как он понимает слова аль-Ходжанди, которые считает мазхабы имамов дубликатами и заменой того, что он называет мазхабом посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, говоря в ходе осуждения этих мазхабов: «Истинный мазхаб за которым обязательно следовать и к которому нужно идти это мазхаб нашего господина Мухаммада, да благословит его Аллах и приветствует.

Шейх Насир сказал: «Это верно, потому что мазхабы имамов не все истинны, из-за вероятного наличия ошибки в иджтихадах имамов, в то время как нет ошибок в том с чем пришел пророк, да благословит его Аллах и приветствует!. Мы сказали, однако то из иджтихада, чего достигли имамы считается религией, вне зависимости было ли это ошибкой или нет, доказательством этому служит то что муджтахид все равно получает вознаграждение, и потому что необходимо поклоняться в соответствии с этим иджтихадом, пока он не поймет что это ошибка. Но аль-Альбани продолжал говорить, что иджтихад муджтахида если он не соответствует истине соответствующей знанию Аллаха не относится к религии.

Один из присутствующих – профессор шейх Ахмад Раъфат Акбазали – сказал ему:

Иджтихад относится к религии или нет?

–  –  –

– Как может иджтихад относится к религии, а то к чему привел иджтихад нет?

– Ты хочешь взять меня тем, что противоречит мнению ученых, что вытекающее из мазхаба не является мазхабом, вместе с тем, что основатель мазхаба разъясняет тебе, что иджтихад относится к религии, а вытекающее из него – нет!!!

Мне необходимо разъяснить тебе здесь удивительное представление шейха Насира о смысле этого распространенного правила: «вытекающее из мазхаба не является мазхабом»

Давай я вначале разъясню тебе смысл этого правила среди тех кто говорит о нем:

большинство ученых считают, что если станет известно об одном из имамов что он имеет свой определенный мазхаб. И из его мазхаба вытекает определенный принцип, в этом случае этот принцип не считается его мазхабом, только из-за того что он необходимо вытекает из этого мазхаба. Страховка требует того, чтобы не относить к имаму того о чем он сам ясно не высказался, поскольку возможно основатель мазхаба не обратил внимание на подобную логическую связь, и он высказал посылку не желая вытекающего последствия, или вовсе не представляя этого. Страховка потребовала не приписывать к нему ничего кроме четко высказанного имамом. Пример этого. Мутазилиты считают, что вещи в своей основе положительны или отрицательно, что можно постичь одним разумом, а ахлю сунна и джамаа считают, что из этого вытекает, что атрибуты положительного и отрицательного вещам присущи изначально а не сотворены, таким образом, способность Аллаха к сотворению вещей с их атрибутами является несовершенной, а это однозначное неверие.

Однако мы не относим к мутазилитам вытекающее из их мазхаба. И не приписываем им ничего кроме того, чего они сами ясно разъяснили, что положительное и отрицательное в вещах присуще им по сути, поскольку может быть они не обратили внимания на вытекающее из этих слов, или же по их мнению этот вывод был недопустимым. Если же мы встретились с ними и они признали бы это логическое следствие, то в это время вытекающее из их слов становится их мазхабом, на основании их подтверждения и разъяснения, а не на основе одного только логического вывода..

Однако шейх Насир представляет, что это правило означает, что человек правомочен быть приверженцем определенного мазхаба, но не придерживаться того, что вытекает из этого мазхаба, даже если об этом знал и подтвердил сам имам… по этому стало естественно по его мнению подтвердить, что он признает, что иджтихад шариата относится в религии, и то что то к чему привел иджтихад также относится к религии и в то же время он считает естественным, придерживаться мнения, что то к чему приводит иджтихад не относится к религии, если он ошибочен по знанию Аллаха. И еще хуже этого, приводит в доказательство своих слов это правило: «вытекающее из мазхаба не является мазхабом»! Как бы там ни было аль-Альбани подтвердил, постфактум, что ошибка в иджтихаде относится к религии, пока на свою ошибку не обратит внимание сам имам и не будет в ней упорствовать. Тогда мы сказали ему: «как же тогда говорит альХоджанди, что четыре мазхаба не полностью являются истинной, зная, что не один из имамов не упорствовал в своей ошибке после того, как ему выяснилась своя ошибка?

Тогда аль-Альбани перешел к слову, что аль-Ходжанди имел в виду говоря о мазхабах последователей мазхабов!!!

Приблизительно четверть часа он дискутировал со мной, что не все мнения имамов являются истиной, потому что они может быть ошибаются в своих иджтихадах и поэтому не все они являются религией, тогда же когда он вынужден был признать, что эти мазхабы относятся к религии, и обнаружил, что слова аль-Ходжанди были опровергнуты, он начал говорить: однако он имел в виду, что это только последователи, которые видят ошибку своего имама и продолжают следовать за ним, и он не имел в виду сами мнения имамов.

Все это делалось для того, что сохранить за аль-Ходжанди безошибочность, отсутствие отклонений. Ради того, чтобы он оставался «крупным ученым», а его книга продолжала быть «полезной».

А ты скажи мне ради твоего Господа: как ты это называешь, если это не фанатизм в худших его проявлениях и формах?!

[4] Смотри начало 13 стр. брошюры. Я не знаю, почему хранит молчание комиссия, созданная для опровержения этой книги, по поводу разъяснения этой истины и обеления Иззу ибн Абдуссаляма от вымыслов приписанных ему. Вместо этого они изливают потоки оскорблений и ругани.

[5] В этом исследовании удивительные противоречия, на которые может обратить внимание каждый ученый, который прочтет ее и проявит терпение, дочитав до конца.

Самое явное противоречие, то что он перечислил ложные ухищрения, и в их числе упомянул ухищрения для избавления от нарушения клятвы при помощи хул’а.

Он сказал:

«Эти ухищрения недействительны по шариату и недействительны согласно основам египетских ученых и это хул’ которые не предписан ни Аллахом ни Его посланником, да благословит его Аллах и приветствует». И он продолжал осыпать упреками тех, кто считает эти ухищрения действительными. Т. 3 стр. 271. Затем после этого он рассказывает о допустимых шариатом ухищрениях, с помощью которых мусульманин может спастись от тех ложных ухищрений. И приводит в качестве примера хул’, которые он посчитал недействительным и сильно осудил его, среди дозволенных ухищрений. И сказал ( т. 4 стр. 110): «одиннадцатый выход: хул’ клятвы, по мнению тех, кто допускает его как например последователи аш-Шафии и другие, это несмотря на то, что это недопустимо по мнению жителей Медины, и противоречит имаму Ахмаду и всем его сторонникам, но если к этому или же к тахлилю есть необходимость, то оно предпочтительнее тахлиля с некоторых сторон» Потом он начинает пересчитывать десять способов для допустимости этого ухищрения, которое он осудил очень сильно за 300 страниц перед этим…!

[6] Сравни между тем о чем говорит ибн аль-Кайим, да помилует его Аллах, и тем о чем утверждает автор брошюры, что иджтихад легок, и нуждается только в наличии книг по сунне и «Муватта» Малика. И в это время когда он обнаруживает противоречие меду некоторыми хадисами, то ему остается только следовать то за одним хадисом, то за другим!!!

[7] Эти слова знает самый маленький студент мира, который изучил различие между этими тремя словами: Муфтий, алим и муджтахид. Однако комиссия по опровержению на эту нашу книгу, начала эксплуатировать эту ясную научную истину, отвратительным образом от которого отталкивается почтенный народ из-за возбуждения смуты и столкновений… Вместо того, чтобы оспорить ее научными словами или хотя бы подобными им [8] см. «ат-такрир ва ат-тахбир» ибн Амир ль-Хадж т. 3 стр. 350 [9] брошюра стр. 45 О том, что таклид неизбежен, что нет преграды следовать конкретному мазхабу, и аргументы в пользу этого Выше мы изложили вкратце доводы, которые приводил автор брошюры для подкрепления своего призыва, и разъяснили каждому беспристрастному человеку, не оставляя возможности для сомнения, что эти доводы являются доказательствами только в представлении автора брошюры. Это всего лишь слова, которые даже частично не представляют из себя весомого аргумента, который может быть подтвержден наукой. А то, что автор брошюры называет свои слова аргументами, не меняет сущности дела.

Мы не выступали против его речи с диспутом и с детальным опровержением только потому, что все сказанное относилось к тем трем пунктам, в отношении которых единогласны все ученые, и которые мы вывели из области дискуссии, поэтому мы не стали тратить время попусту и не выступили против него.

Вместе с тем, мы должны не только опровергать утверждения автора брошюры, показывая необоснованность его доводов, но мы должны вслед за этим потребовать от себя представить аргументы, указывающие на порочность опасных утверждений, высказываемых в обсуждаемой брошюре, и доказывающих истинность противоположного им.

Утверждения автора брошюры сводятся к двум пунктам, и мы не знаем, какая между ними связь. Более того, мы не заем, как они сосуществуют в мозгу автора брошюры.

Первый пункт, который неоднократно утверждает автор брошюры, это абсолютный запрет на таклид. Он обосновывает это тем, что муджтахид способен на ошибки, а Книга и сунна непогрешимы. А следование за непогрешимым лучше, чем следование за ошибающимся. И что иджтихад легок и не требует ничего большего, чем Муватта, два Сахиха, Джами ат-Тирмизи, сунан Абу Дауда. (Брошюра, стр. 12, 40).

Второй пункт, который также неоднократно утверждает автор брошюры, это то, что мукаллиду не позволяется следовать неотступно за конкретным мазхабом. Поступающий таким образом является заблудшим, он из «гонимых ослов» (Брошюра, стр. 24, 25).

Я не знаю, каким способом он объединил эти два пункта!.. Если таклид однозначно запрещен, потому что это следование за ошибающимся, каков же смысл запрета на один из видов таклида – следование за конкретным мазхабом?!.. Если запретным таклидом является только этот вид таклида, то в чем же смысл отрицания таклида в корне, аргументированный сравнением могущего ошибаться и непогрешимого?!..

Я не знаю общего взгляда автора брошюры на таклид, однако я изложу читателю аргументы в пользу того, что таклид для мусульман неизбежен, и что он предписан и утвержден, и в пользу того, что мукаллид имеет право придерживаться одного мазхаба и не отходить от него, и он тем самым не совершает греха, или чего то запрещенного.

Первое. Таклид неизбежен и он дозволен по единогласному мнению мусульман.

Таклид – это следование одним человеком за фетвой другого, не будучи осведомленным о доказательствах верности этой фетвы, если он осведомлен о доказательствах дозволенности таклида. Мукаллид, таким образом, иногда знает доказательства дозволенности таклида за алимом-муджтахидом, но не знает доказательств того, в чем он следует за муджтахидом.

Нет никакой разницы, как называть это – таклидом или иттиба, эти два слова имеют один смысл. В арабском языке нет никакой разницы между этими словами. Всевышний назвал однажды худший вид таклида – иттиба’ом. Аллах (Свят Он и Велик) сказал: «Отрекутся те, за кем следовали[1] (в день Судный) от тех, кто следовал за ними, и постигнет (идолопоклонников) наказание, и прервутся между теми и другими связи всякие, (и станут они врагами друг другу). Воскликнут те, кто поклонялся идолам: «О если бы могли мы вернуться в мир (земной)! Отреклись бы мы от них, подобно тому как они отреклись от нас». (Сура аль-Бакара, 166-167). Нет сомнения что под иттибаом (следованием) здесь имеется в виду слепой таклид, который недопустим.

И все равно, дашь ты или не дашь определение новому различию между значениями слов иттиба и таклид, различие в любом случае второстепенно. Поскольку исследователь или является осведомленным в доказательствах, знающим способы выведения решений, и он в этом случае является муджтахидом, или же он не осведомлен о доказательствах, и не знает способов выведения решений, и он является мукаллидом, следующим за муджтахидом. Многообразие определений не меняет ни в коей мере сути дела.



Pages:   || 2 | 3 |
Похожие работы:

«Немецкий национальный район Муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение " Орловская СОШ" "РАССМОТРЕНО" "СОГЛАСОВАНО" "УТВЕРЖДАЮ" На заседании МО Зам. директора школы Директор школы и рекомендовано _Л.В. Вервейн к утверждению _ Т.А.Сасина Приказ № _ Протокол № _ "" августа2014г. от "_"августа2...»

«2011 Уважаемые констрУкторы, разработчики, технологи ЗАО Предприятие Остек предлагает Вашему вниманию цикл инженерных и технологических пособий в новом формате. В пособиях мы рассмотрим современные технологические решения, материалы и процессы для производства...»

«ПВО В БОРЬБЕ С БЛА Саид Аминов Одним из современных трендов в военной технике и вооружениях является широкое применение беспилотных летательных аппаратов. В настоящее время БЛА используются и в воздушной разведке, в нанесении ударов с применением управляе...»

«2016 ЗАДНИЕ ОПОЗНАВАТЕЛЬНЫЕ ЗНАКИ ДЛЯ БОЛЬШЕГРУЗНОГО И ДЛИННОМЕРНОГО ТРАНСПОРТА Светоотражающая пленка 3М Задние опознавательные знаки транспортных средств большой длины и грузоподъемности производства компании 3М предназначе...»

«В.К. Загвоздкин ПРОБЛЕМА КЛЮчЕВыХ Статья поступила в редакцию в июле 2008 г. КОМПЕТЕНТНОСТЕй В ЗАРУБЕЖНыХ ИССЛЕДОВАНИЯХ Аннотация Обзор зарубежной литературы по вопросу компетентностно ориентированного обучения. Актуальность темы обусловлена продолжающейся разработкой новой модели российского образования, а также образовательных стандартов нов...»

«УМК ИАС "Аверс: Библиотека" Модуль 5. Закладка "Настройка библиотеки" "Сервис" Модуль 5. Закладка "Настройка библиотеки" Сервис" Параметры Импорт данных "КРМ Директор" Импорт данных "Mark SQL" Администрирование программы Связь с ба...»

«Утверждены постановлением Правительства Республики Казахстан от " " 2012 года № Правила субсидирования ставки вознаграждения по кредитам/лизинговым сделкам банков/лизинговых компаний, предоставляемым субъектам частного предпринимательства...»

«Рабочая группа по вопросам расового насилия и притеснения Годовой отчёт за 2013 год Введение С 2001 года рабочая группа по вопросам расового насилия и притеснения при Московской Протестантской Церкви (МПЦ) в рамках оказания поддержки и помощи нынешним и потенциальны...»

«Мульк и Малакут. Шейх Мухаммад Назим Адиль аль Хаккани ан-Накшбанди, Сохбет от 21 июля 2013 г. Дастур, мадад. Йа РиджалАллах мадад. Ассаляму алейкум йа хадирун. Ай Йаран (возлюбленные друзья) Шаха Мардан. Добро пожаловать! Добро пожаловать Диван (собрание)! Сахиб-и-Диван, властелин эт...»

«ЗОЛОТАРЁВЫ (ОТЕЦ И СЫНОВЬЯ) ЯЗЫК ОФЕНИЙ — РУССКИЙ ЯЗЫК В понимании СЛОВЕН (как ОФЕНИЙ, так и АФЕНИЙ), по фени = по-офеньски = по-словенски = по-русски = по-книжному (со всеми онёрами и со всеми титла, да со всеми точками в строке и со всеми ударениями над строкою): • • ".+wб+раз+ " "...»

«Сотни моделей камер от десятков вендоров. ONVIF и впервые в России реализованна двухпоточная RTSP интеграция. Легко и быстро подключать, легко и удобно настраивать. Можно использовать весь арсенал видеоаналитики TRASSIR с любыми IP видеокамерами.МОЩНОСТЬ И НАДЕЖНОСТЬ...»

«ДЕРЖАВНI БУДIВЕЛЬНI НОРМИ УКРАЇНИ ============================================================== Система мiстобудiвної документацiї СКЛАД, ЗМIСТ, ПОРЯДОК РОЗРОБЛЕННЯ, ПОГОДЖЕННЯ ТА ЗАТВЕРДЖЕННЯ ГЕНЕРАЛЬНИХ ПЛАНIВ МIСЬКИХ НАСЕЛЕНИХ ПУНКТIВ ДБН Б.1-3-97 Видання офiцiйне Держбуд України Київ 1997 РОЗРОБЛЕНI Центром з наукових дослiджень ЕКОС (С.М.Проценко, О.П.Шутько, Л.А.Хорхун) за участ...»

«Из графика, представленного на рисунке, видно, что наибольший выход продукта был получен при времени нагревания 11 мин. Продолжительность коагуляции меньше 11 мин недостаточна для образования плотного и пластичного сгустка, кроме того, за это время мы получили наименьший выход продукта. В случае у...»

«Руководство пользователя Dell E5515H Модель: E5515H Базовая модель: E5515Hc ПРИМЕЧАНИЕ. ПРИМЕЧАНИЕ содержит важную информацию, которая позволяет пользователю оптимально использов...»

«Каско для карточки Условия страхования кредитной карточки Условия страхования кредитной карточки Swedbank P&C Insurance AS 12 действуют с 13 августа 2015 г. Мы надеемся, что каско для карточки послужит Вам поддержкой и обеспечит чувство уверенности в непредвиденных жизненных ситуациях. Каско для карточки позволяет Вам застрахов...»

«оссийские ропилеи Серияоснованав1998г. В подготовке серии принимали участие ведущие специалисты Центра гуманитарных научноинформационных исследований Института научной информации по общественным наукам, Института философии Российской академии наук оссийские ропилеи Григорий ПОМ...»

«Некоммерческое акционерное общество "АЛМАТИНСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ЭНЕРГЕТИКИ И СВЯЗИ" Кафедра "Автоматическая электросвязь" Специальность 6M071900 "Радиотехника, электроника и телекоммуникации" ДОПУЩЕН К ЗАЩИТЕ Зав. кафедрой Чежимбаева К.С. " " январь 2014 г. МАГИСТЕРСКАЯ ДИССЕРТАЦИЯ пояснительная записка на тему: Защита ин...»

«4-тактные двигатели Verado 225/250/250-300 Pro/300 90-8M0058152 311 Благодарим за покупку одного из лучших подвесных двигателей. Вы сделали разумное вложение, которое позволит вам получать удовольствие от катания на судне. Ваш подвесной двигатель изготовлен компа...»

«ПОДКЛЮЧЕНИЕ И УСТАНОВКА СИСТЕМЫ ТРЕВОЖНОЙ СИГНАЛИЗАЦИИ ТРАНСПОРТНОГО СРЕДСТВА SCHER-KHAN MAGICAR 5 (SCHER-KHAN MAGICAR A) НА АВТОМОБИЛЬ NISSAN X-Trail Оглавление 1. Подключение датчиков дверей и багажника 2. Подключение аварийной световой сигнализации 3. Подключение цент...»

«Цифровой подавитель обратной связи Руководство по эксплуатации www.arispro.ru DIGISYNTHETIC PRO MODE DS 212 1. Введение DS212 является эффективным цифровым эквалайзером со встроенным подавителем обратной связи. Он может запоминать до 10 групп данных и 10 настроек эквалайзера, повышает выходной сигнал до +16 48 дБ. При п...»

«Дмитрий Бурба ЖИЗНЬ И УЧЕНИЕ ПАРАМАХАМСЫ ЙОГАНАНДЫ В данном файле находится предисловие Д. В. Бурбы к переведенной им с английского книге Парамахамсы Йогананды Бхагавадгита: Беседы Бога с Арджуной. Царственная наука Богопознания. Новый перевод и комментарии. Издательство "София", 2008 год, 1232 страницы.Не следует путать упомянутое изда...»








 
2017 www.lib.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные материалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.