WWW.LIB.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные материалы
 

«УДК 615.851 ББК 53.57 Р74 Перевод с английского А. Сотниковой Рос Жанин Р74 Женщины, еда. и Бог: Неожиданный путь ко всему на свете ...»

УДК 615.851

ББК 53.57

Р74

Перевод с английского А. Сотниковой

Рос Жанин

Р74 Женщины, еда... и Бог: Неожиданный путь ко всему на

свете  / Перев. с англ. — М.: ООО Издательство «София»,

2010. — 224 с.

ISBN 978-5-399-00166-1

Секрет стройной фигуры прост. Следует помнить —

создавая женщину, Бог сделал все, что мог. И значит,

единственное, что от вас требуется, — не мешать Его

замыслу. Выражайте посредством еды любовь к своему

телу, прислушивайтесь к нему и никаких диет!

Эта книга необычна. Чтобы попасть на семинар к ее автору, женщины покупают авиабилеты и летят через океан. Почему? Да потому, что в результате они избавляются не только от лишних килограммов, но и от подсознательных ограничений, мешающих им быть по-настоящему красивыми! Теперь эта программа у вас в руках. И ничто не мешает вам, после долгих лет мучительных попыток похудеть и снова набранных килограммов, увидеть себя такой, какой вам следует быть, и наконец-то убедиться, что еда — это всего лишь еда, а не проблема, как вам казалось раньше.

УДК 615.851 ББК 53.57 Women Food and God An Unexpected Path to Almost Everything Copyright © 2010 by Geneen Roth and Associate e, Inc.

Все права зарезервированы, включая право на полное или частичное воспроизведение в какой бы то ни было форме.

© «София», 2010 ISBN 978-5-399-00166-1 © ООО Издательство «София», 2010 СОДЕРЖАНИЕ Пролог. Мир на наших тарелках.



........... 7 Часть первая. Принципы.................... 27 Глава первая. Осколки звезд.................. 29 Глава вторая. Конец войны................... 36 Глава третья. Не стоит недооценивать желание сбежать.......................... 43 Глава четвертая. Дело вовсе не в весе — совсем не в нем!........................... 59 Глава пятая. По ту сторону несовершенства.. 75 Глава шестая. Учимся чувствовать свое очарование.......................... 88 Часть вторая. Практика...................... 97 Глава седьмая. Тигры в голове................ 99 Глава восьмая. Замужем за удивлением........ 119 Глава девятая. Вздох за вздохом............... 132 Глава десятая. GPS из Зоны Сумерек......... 139 Часть третья. П

–  –  –

МИР

НА НАШИХ ТАРЕЛКАХ

В осемьдесят голодных женщин сидят кругом над тарелками холодного томатного супа с овощами и зло, исподлобья поглядывают на меня. Это — обед третьего дня ретрита. Во время таких ежедневных медитаций над пищей женщины по очереди подходят к буфету, где им раздают еду, затем занимают свои места и ждут, пока рассядутся все остальные. Только тогда они начинают есть и процесс поглощения пищи кажется им мучительно медленным — пятнадцать или более минут! Не удивительно, ведь их зависимость сродни наркотической.

И хотя на подобных ретритах многие людям испытывают поистине мистические озарения, меняющие их жизнь, сейчас это никого не волнует. Сидящим здесь женщинам сейчас глубоко наплевать и на Бога, и на то, насколько они похудеют. Они хотят остаться НАЕДИНЕ С ЕДОЙ! И мечтают, чтобы я убралась куда подальше со своими странными идеями о связи духовности, эмоций и питания.

Легко относиться к еде осознанно, находясь в зале для медитаций, и совсем другое дело — проявлять осознанность здесь, в столовой, когда нельзя даже дотронуться до пищи, пока все не получат свои порции и Пролог не рассядутся по кругу. Вдобавок, я заранее попросила их соблюдать тишину, чтобы никакие смешки, болтовня или обмен приветствиями не мешали им чувствовать голод. Или его отсутствие, поскольку, вполне может быть, не все голодны в данный момент.





Этот ретрит основан на философии, которую я формулировала в течение последних тридцати лет. Ее смысл в том, что отношение человека к еде напрямую связано с его отношением к жизни. Я уверена — каждый из нас является ходячим и говорящим олицетворением своих глубинных убеждений. Все наши представления о любви, страхе, внутренних переменах и Боге отражаются на том, как, когда и что мы едим. Как следствие, вдыхая аромат шоколадного батончика с арахисом, мы, сами того не осознавая, испытываем целую гамму чувств — от надежды и безысходности, веры и сомнений до страха и любви. И если мы по-настоящему заинтересованы в том, чтобы постичь истину, нам, честно говоря, незачем заглядывать дальше собственных тарелок. Ведь Бог, который присутствует во всем, присутствует и в кексах, и картошке фри, и в томатном овощном супе. Можно сказать, что Бог, независимо от того, Он это или Она, возлежит на наших тарелках.

Для того чтобы это постичь, восемьдесят голодных женщин сидят сейчас вместе со мной над тарелками с холодным томатным супом. Я обвожу комнату взглядом. На стенах висят фотографии цветов — снятые крупным планом лепестки георгин, золотистые сердцевинки белых роз; букет персиковых гладиолусов на краю тумбочки — кажется, что они горделиво красуются перед камерой. Мой взгляд скользит по лицам присутствующих. Марджори, психолог пятидесяти Мир на наших тарелках лет, нервно играет ложкой и избегает смотреть мне в глаза. Двадцатидвухлетняя гимнастка Патриция в черных лосинах и лимонного цвета маечке на тонких бретельках. Ее изящное тело подобно птице оригами. На тарелке у Патриции несколько шпротин и пригоршня салата. Я перевожу взгляд правее и вижу Анну, хирурга из Мехико. Она нервно покусывает губу и нетерпеливо постукивает вилкой по тарелке, на которой лежит тост, густо намазанный маслом, и немного салата — никакого супа и овощей. Ее еда будто говорит мне: «Иди ты к черту, Жанин, я не собираюсь играть в твои дурацкие игры. Смотри, как я пирую, когда есть такая возможность». Я киваю ей, мысленно отвечая: «Ага, мне понятно, как трудно бывает остановиться». Я бегло окидываю взглядом остальных учениц — мои глаза скользят по их лицам и тарелкам. Кажется, что воздух стал плотнее от внутреннего сопротивления женщин, собравшихся для медитации над едой. И поскольку я здесь единственная устанавливаю правила, вся их злость, естественно, направлена на меня. Встать между людьми и привычной для них пищей — все равно что выйти навстречу несущемуся на тебя поезду. Потому что никто не любит, когда его пытаются отучить от навязчивого поведения.

— Может быть, кто-то хочет что-то сказать? — интересуюсь я.

Гробовая тишина.

— Нет? Тогда благословим эту пищу и то, без чего ее не было бы на наших тарелках, — продолжаю я. — Благословим дождь, солнце, трудолюбивых людей, которые вырастили ее, привезли сюда, приготовили и подали нам.

Пролог Я слышу, как Аманда, которая сидит справа от меня, издает глубокий вздох, и вижу, что Зоя, расположившаяся напротив, кивает: «Ну да — земля, солнце, дождь.

Конечно, мы очень рады, что они есть». Но далеко не все благодарны мне за то, что нельзя в тот же миг приступить к трапезе. Луиза в красном тренировочном костюме вздыхает и еле слышно бормочет: «О Господи!

Нельзя ли побыстрее?!» Она смотрит на меня так, будто готова убить. Разумеется, быстро и не слишком жестоко, но все же!

— А теперь давайте посмотрим, что лежит у вас на тарелках, — говорю я. — Вспомните, были ли вы действительно голодны, когда выбирали себе еду. И если это был не физический голод, то какой другой голод мог руководить вами? Глядя на свои тарелки, решите, с чего вы хотите начать трапезу, и попробуйте эту пищу. Ощутите ее вкус во рту. Тот ли это вкус, которого вы ожидали?

И что вы чувствуете, когда едите выбранную вами пищу.

Три или четыре минуты пролетают под звуки симфонии поглощения пищи: женщины откусывают, жуют, глотают, причмокивают. Я замечаю, что Иззи, высокая и тонкая, как тополь, француженка, смотрит в окно и кажется, совсем забыла о еде. Но большинство подносит тарелки поближе ко рту, чтобы есть быстрее.

Тридцатидвухлетняя Лори, топ-менеджер бостонской ипотечной компании, поднимает руку:

— Я не голодна, но все равно хочу есть.

— Почему? — спрашиваю я.

— Потому что еда выглядит аппетитно. И она сейчас здесь. Еда приносит утешение. Так что плохого в том, что я хочу утешиться ею?

Мир на наших тарелках

— Тут нет ничего плохого, — отвечаю я. — Сама по себе еда — это хорошо. И утешение тоже хорошая штука. Кроме тех случаев, когда ты не голодна и хочешь утешиться едой. Она утешает тебя, но, увы, лишь на время. Но почему бы не обратиться напрямую к тому, что вызывает дискомфорт?

— Потому что это очень трудно — обращаться к своим проблемам напрямую. Трудно и слишком больно.

И конца такой боли нет. А если тебе все время больно, еда, по крайней мере, служит утешением, — парирует Лори.

— Выходит, ты решила, что лучшее в твоей жизни — тарелка холодного овощного супа?

— Еда — единственное настоящее утешение, которое у меня есть, — дрожащим голосом настаивает Лори. — И я не собираюсь лишать себя этой радости!

По ее правой щеке скользит слезинка и скатывается на верхнюю губу. Некоторые дамы кивают головами — по кругу бежит волна одобрительного перешептывания.

— Мы сидим тут и молча ждем, пока каждая из нас возьмет свою еду и займет свое место. Это напоминает мне детство и обеды в кругу семьи, — продолжает Лори. — Моя мать пила, отец скрипел зубами от злости, и они не говорили друг другу ни слова. Ужасно!

— Как ты чувствовала себя тогда? — спрашиваю я.

— Одинокой, несчастной... как будто я родилась не в той семье. Я хотела убежать, но мне некуда было податься. И я чувствовала себя пойманной в ловушку.

Здесь я ощущаю себя так же. Такое впечатление, что вокруг меня одни сумасшедшие!

Пролог

Все больше одобрительных кивков, все больше перешептываний. Женщина из Австралии кивает и с вызовом смотрит на меня. Концы ее черных длинных волос пляшут по краям тарелки с супом. Я понимаю, что она во всем согласна с Лори и думает о том, как бы быстрее удрать в аэропорт.

В какой-то момент мы начинаем верить: Тот, кто действительно что-то значил в моей жизни, покинул меня и предал, и в утешение мне осталась только еда.

Но на этом ретрите, здесь-и-сейчас, в самом сердце нашей душевной раны, обнаруживается связь Бога и еды.

Подумайте сами — в силу каких-то причин мы махнули рукой на себя и на свою жизнь. Наши страхи и те чувства, которые мы страшимся испытывать, сделали нашу жизнь ограниченной, унылой и похожей на застоявшееся болото. В таком состоянии внутренней изоляции ничто не мешает нам сделать крошечный шаг к убежденности в том, что Бог — это сосредоточение всего самого доброго и светлого, этот источник исцеления и любви — отвернулся от нас. Во время ретритов мы стремимся преодолеть это убеждение и победить в себе чувство безнадежности и гнев.

Я спрашиваю Лори, может ли она выделить в своем сердце чуточку места для той части своей личности, которая чувствует себя пойманной в ловушку и одинокой.

Она отвечает, что не может. И добавляет: «Я просто хочу есть».

Я задаю ей следующий вопрос: может ли она допустить, что ее голод не связан с едой как таковой?

Лори категорически не согласна. Она уставилась на меня со злой решимостью, как будто говоря: «Отстань

Мир на наших тарелках

от меня, исчезни. Мне все надоело». Ее глаза прищурены, губы плотно сжаты, руки скрещены на груди.

Ощущение такое, будто мы находимся в вакууме.

Остальные женщины, затаив дыхание, выжидающе смотрят на меня.

— Интересно, почему ты так упорно стараешься закрыться от меня? — задаю я вопрос Лори. — Такое впечатление, что некая часть тебя склоняется к самоизоляции, если не к саморазрушению.

Похоже, я ее все-таки достала. Лори откладывает ложку, которую уже было поднесла ко рту, и смотрит на меня в упор.

— Ты что, сдалась? — спрашиваю я.

Рискованный вопрос, поскольку он может усугубить ее отчаяние. Но я все же рискую задать его, поскольку Лори сражается со мной последние три дня. И я обеспокоена тем, что она может покинуть ретрит, еще больше ожесточившись и отдалившись от самой себя.

— Когда в тебе появилась эта решимость никогда и ни во что не верить?

Лори резко, со всхлипом втягивает в себя воздух.

И несколько минут сидит молча.

Я обвожу взглядом комнату. Сюзанна, мать троих маленьких детей, плачет. Виктория, психиатр из Мичегана, внимательно наблюдает за происходящим.

— Я хотела умереть примерно лет с десяти, — тихо произносит Лори.

— Ты можешь найти в себе место для этой десятилетней девочки? — задаю я вопрос. — Для девочки, которая не видит выхода из того положения, в котором она оказалась?

Пролог

— Я попробую, — шепчет Лори и утвердительно кивает.

У меня и в мыслях нет предлагать ей успокаивать и утешать своего «внутреннего ребенка», поскольку я не верю ни в каких «внутренних детей». Я считаю, что в глубине души у каждого из нас есть отдельные замороженные участки — этакие кармашки для непереваренной боли, которые нужно просто признать и принять ради возобновления контакта с тем, что превыше боли, разочарований или голода. И хотя работа, которую мы выполняем во время ретритов, часто воспринимается как психотерапевтическая, она не имеет никакого отношения к психотерапии. В отличие от последней, практика ретрита направлена отнюдь не на восстановление утерянного самоуважения. Наши личностные защитные реакции, в том числе эмоционально окрашенное отношение к еде, являются связующим звеном с духовностью. Они — как хлебные крошки, рассыпанные по тропинке, указывающей нам путь домой.

И вдруг Лори произносит:

— Не знаю, что со мной произошло, но мне вдруг расхотелось есть.

— Выходит, есть нечто гораздо лучше еды, а именно прикосновение к тому, что ты раньше считала неприкосновенным, — произношу я.

Лори кивает в знак согласия и улыбается — впервые за последние три дня.

— Жизнь уже не кажется мне такой плохой, — говорит она. — После того как я открыто призналась, что в десятилетнем возрасте считала ее невыносимой.

Думаю, все дело в том, что мне удалось почувствовать боль и грусть той десятилетней девочки и... не стать ею.

Мир на наших тарелках Это достижение. И то, что я смогла почувствовать ее боль, означает — еще не все потеряно!

Я спрашиваю, хочет ли Лори продолжать этот разговор.

— Думаю, пока мы остановимся на этом, — отвечает она.

Я прошу женщин снова взять в руки столовые приборы и немного поесть, отмечая при этом, что именно им хочется съесть в первую очередь, чувствуя вкус пищи и прислушиваясь к своим ощущениям.

Спустя несколько минут Нелл, которая принимает участие в моих ретритах уже семь лет кряду, поднимает руку:

— Я больше не голодна. Но вдруг поняла, что просто боюсь отставить тарелку.

— Почему? — интересуюсь я.

— Потому что... — начинает Нелл, но вдруг запинается и не может сдержать слез. — Потому что понимаю — я не несчастная и не потерянная... И если ты об этом узнаешь, Жанин, то разозлишься на меня...

— Почему? — снова спрашиваю я.

— Потому что ты увидишь, какая я на самом деле, и тебе это не понравится.

— И что именно я увижу?

— Жизнерадостность, бьющую через край энергию, решимость, силу.

— Вау! — восхищаюсь я. — И чем же мне это может не понравиться?

— Я перестану нуждаться в тебе. И для тебя это может стать угрозой.

— За кого ты меня принимаешь? Неужели для когото может быть угрозой то, что ты настолько классная?

Пролог — Привет, мамочка, — смеется в ответ Нелл.

По столовой катится волна смеха.

— Она часто бывала не в духе, — поясняет Нелл. — И если я была самой собой, она буквально не находила себе места. Чтобы как-то ее успокоить, мне приходилось подстраиваться под нее — становиться такой же разбитой и подавленной. Иначе общаться с ней было невыносимо.

— Что происходит сейчас с твоим телом? — интересуюсь я.

— Я чувствую себя фонтаном, переливающимся всеми цветами радуги, — отвечает Нелл. — Как будто мое тело — руки, ноги, грудь — искрится всеми оттенками красного, зеленого, золотистого, черного...

— Хорошо, давай-ка остановимся на этом на минутку.

Я окидываю взглядом комнату. Анна, которой только что хотелось послать меня подальше, плачет. Камиль, казавшаяся безучастной ко всему происходящему с начала ретрита, теперь жадно ловит каждое слово.

Внимание присутствующих поглощено рассказом Нелл о необходимости притворяться несчастной и подавленной. Они тоже верили, что, поддерживая образ жертвы, смогут заслужить любовь окружающих.

Я смотрю на Нелл:

— Когда ты останавливаешься и позволяешь себе почувствовать... ты всего за три минуты прошла путь от напуганной девчонки до искрящегося всеми цветами радуги фонтана.

— Такое ощущение, будто внутри меня все время было некое спокойное, тихое местечко, в которое я должна была вернуться, — добавляет Нелл. — И что Мир на наших тарелках там я могу расслабиться и быть самой собой. — Она поднимается, обводит глазами комнату и, резко оттолкнув от себя стул, кричит: — Девочки, послушайте меня! Я — НЕ ЖЕРТВА!!!

Женщины от души смеются.

— Это просто поразительно! — продолжает Нелл. — Сначала мне пришлось разобраться в моих отношениях с едой. Я действительно должна была прекратить использовать еду в качестве утешения, поскольку из-за этого часто бывала сама не своя. И у меня не оставалось времени на духовную практику. Потом, когда я привела в норму свое питание, мне нужно было позволить себе по крайней мере прочувствовать ощущение подавленности и безысходности. Оказалось, эта задача не из легких. И на данном этапе мне не оставалось ничего другого, как просто поверить твоим словам, Жанин. Да, действительно, сопротивляясь возможной боли, я чувствовала себя хуже, чем если бы испытывала ее. Сейчас мне трудно описать словами, как здорово чувствовать, что ты не сломлена и не разбита — что ты не жертва! Ощущение такое, будто я стала частицей чего-то священного. Как будто добро и благо существуют не для всех на Земле, а для меня одной. И я САМА добро и благо!

Подходило время начинать следующий этап занятий, уже в большом зале для медитаций. Я попросила женщин определить, насколько они сейчас голодны по десятибалльной шкале (согласно которой единица — это сильный голод, а десять — сытость), и потом поесть в соответствии со своими ощущениями.

— Встретимся через полчаса в зале для медитаций, — обратилась я к ним, поднимаясь со стула.

Пролог Я уже шла к выходу, когда Мари, адвокат из Миннеаполиса, схватила меня за руку со словами: «Я хотела бы кое-что сказать группе. Можно»?

Я кивнула и внутренне напряглась, ожидая, что будет дальше. Мари с самого начала ретрита была настроена скептически. Во время занятий она сидела, скрестив руки на груди, и буровила меня взглядом, как бы говоря: «Ну же, докажи мне, дорогая. Докажи, что все твои рассказы о еде — не очередной способ заткнуть мне рот». И каждый раз после занятий Мари бросала мне вызов: она спорила со мной, а вчера заявила — мол, жалею, что вообще сюда приехала.

— Все это очередная ЧВР, — выпалила она. — И я порядком устала от всего, что здесь происходит. Я просто хочу сбросить свой проклятый вес и покончить с этой проблемой раз и навсегда.

— А что такое ЧВР? — заинтересовалась я.

— Еще одна чертова возможность роста, — пояснила Мари.

Я неприлично громко рассмеялась и затем извинилась:

— Прости, что не сдержалась. Но твое ЧВР прозвучало для меня как строчка из неважной песни в стиле рэп. Может быть, позднее ты обнаружишь, что этот ретрит помог тебе раскрыться с таких сторон, о которых ты раньше и не подозревала.

— Сомневаюсь, — отрезала Мари и решительно направилась к выходу из зала.

Мне оставалось только проводить взглядом ее затылок с коротким хвостиком рыжих курчавых волос.

Теперь же, в столовой, Мари объявляет:

Мир на наших тарелках

— Знаете, что пришло мне в голову прямо сейчас?

Все наши представления о жизни, да что там, весь мир — здесь. Весь мир на наших тарелках!

— Аминь, сестры! — подвожу я итог. И прежде чем покинуть зал, наклоняюсь к уху Мари: «Это звучит намного лучше, чем ЧВР!»

На пути в зал для медитаций я в который раз подумала о том, что весь ретрит можно было бы запросто проводить в столовой, поскольку даже самые глубинные убеждения человека отражаются в его представлениях о питании. Как только нам становится ясно, почему мы так зациклены на еде, мы начинаем прислушиваться к своим чувствам и в результате неизбежно признаем: за одержимостью едой стоит насилие над собой и боль, которую мы сами себе причиняем. Признав этот факт, мы испытываем неудержимое желание перестать быть заложниками своих страданий. Эта ситуация парадоксальна — чтобы избавиться от страданий, необходимо осознать и принять их. И тогда лишний вес начинает уходить легко и естественно.

*** Свое первое занятие с людьми, страдающими навязчивой страстью к еде, я провела в 1978 году. На тот момент я весила на двадцать пять килограммов больше, чем нужно, и у меня на голове красовалась прическа под названием «взрыв на макаронной фабрике» — результат неудачно перманента, сделанного моим другомпарикмахером.

Несколькими месяцами ранее я в буквальном смысле была на грани самоубийства из-за сорока лишних ки

<

Пролог

лограммов, которые умудрилась набрать всего за два месяца. Именно тогда я приняла радикальное решение прекратить сидеть на диетах и позволить себе есть все, что требует мой организм.

Я вела беспощадную борьбу с лишним весом с юности. На моем счету сотни сброшенных и набранных килограммов. Я четыре года сидела на амфетаминах и два года злоупотребляла слабительным. Набирая вес, я искусственно вызывала у себя рвоту, постилась, голодала и перепробовала все возможные диеты от растительной и белковой до диет по Аткинсу и Стиллмансу, вдобавок пытаясь контролировать собственный вес, считая калории. Временами я страдала анорексией — больше двух лет мой вес упрямо держался на отметке пятьдесят два килограмма. Но чаще всего он был слишком большим. Слишком! В моем шкафу можно было отыскать платья, брюки, блузки и белье восьми размеров. Я ненавидела себя и стыдилась своего тела, все время балансируя между желанием покончить с собой или же проявить наконец завидную силу воли и сбросить пятнадцать килограммов за тридцать дней.

Перед своим первым занятием с группой я уже несколько месяцев ела только то, что просил мой организм, и в результате сбросила несколько килограммов  — огромное достижение для человека, свято верившего в необходимость сидеть на диетах до последнего вздоха. И до меня постепенно стало доходить, что взаимоотношения с едой оказывают влияние на все без исключения сферы моей жизни.

Те женщины, которые не разбежались с воплями в разные стороны при виде толстухи с невообразимой прической, заявившей, что она — кроме шуток — буМир на наших тарелках дет вести их группу, встречались со мной еженедельно на протяжении двух следующих лет. До того как в 1982 году вышла моя первая книга «Накорми голодное сердце», я проводила занятия по всей стране — на Аляске, в Миннесоте, Флориде, Нью-Йорке — и успела поработать с сотнями женщин. Эти женщины клялись мне, что им нужно в буквальном смысле запирать от себя еду на замок и прятать ключ подальше, дабы не поддаться соблазну, и все равно они не могут сбросить даже килограмм... и вдруг, безо всяких диет они обнаруживали, что одежда стала им велика.

За год жизни без диет я вернулась к своему нормальному весу, который не меняется вот уже тридцать лет.

Я смогла не только похудеть, но и обрела легкость жизни, до сих пор приводящую меня в восторг. Конечно, мне потребовалось время, чтобы изучить связь между доверием себе в отношении пищи и способностью доверять иным, менее материальным проявлениям голода — таким как потребность в отдыхе, общении с людьми и смысле жизни. В итоге мои взаимоотношения с едой стали своего рода призмой, сквозь которую я начала рассматривать почти все аспекты своей жизни.

Мастер дзэн Судзуки Роши сказал: «Достичь просветления — значит дойти до сути явления». Очень скоро я предположила, что, добравшись до сути импульса, вызывающего у меня желание есть при отсутствии физического голода, я смогу многое понять о своих убеждениях, касающихся любви, жизни и смерти.

Как следствие, стремление как можно глубже исследовать свои отношения с едой и проникнуть в их суть руководит мной вот уже тридцать два года.

Пролог *** Когда в мае 1999 года у меня родилась идея моего первого шестидневного ретрита, предполагалось, что он станет единичной акцией. Мне просто хотелось совместить две основные страсти моей жизни — работу с пищевыми привычками и годы занятий духовной практикой. Я медитировала с 1974 года, жила в ашрамах и монастырях и была постоянной слушательницей Школы Алмазного Подхода — нерелигиозной организации, рассматривающей психологию как мост, ведущий к духовности. И я все еще испытывала благоговейный трепет при слове «Бог», а слово «духовный»

рождало в моем воображении образ непорочной святости и строгости, мягко говоря, не вязавшийся с моей обширной коллекцией хипповых свитеров и сапогами медового цвета. Как бы то ни было, хотя я, как и раньше, нервничала по сто раз на дню, но наряду с этим гораздо чаще чувствовала себя удовлетворенной жизнью и свободной. Об этом бывшая толстуха из Квинса не могла даже мечтать! Короче говоря, мне очень хотелось рассказать людям о том, что я знаю, и поделиться тем, что умею.

Меня не шокировали рассказы участников моего первого ретрита об обжорстве, диетах, постах, операциях по бандажированию желудка или об оскорблениях и психических травмах, поскольку мне приходилось слышать много подобных историй и раньше. Меня потрясло другое. После долгих лет работы с навязчивым желанием есть, к которому я относилась как к психологической и физической проблеме, до меня вдруг дошло, что его можно рассматривать как путь в ослепительный мир внутренней вселенной!

Мир на наших тарелках После того ретрита его участники захотели его повторить — они желали снова пройти через этот опыт. Слушая их, я вспомнила солнечное затмение на Антигуа. Мы с мужем стояли на берегу океана в окружении десятков других людей в пластиковых темных очках, которые защищали наши глаза от слепящего солнечного света. Луна все больше и больше закрывала собой Солнце, и в конце концов мы на несколько мгновений очутились в кромешной тьме. Когда снова стало светло, кто-то крикнул, обращаясь к Луне: «Ну же, сделай это еще раз!»

Проводя свои ретриты, я узнала, что у каждого из нас есть некие основополагающие представления о реальности и Боге, исходя из которых, мы изо дня в день взаимодействуем с семьей, друзьями и... едой. И неважно, верим ли мы при этом в единое Божество, в какихто многочисленных богов либо же вообще отрицаем существование Высшей Силы.

Те или иные представления о Боге есть у каждого, кто дышит, думает и чувствует. Первым, еще довербальным образом, в соответствии с которым мы чувствуем себя принятыми или отвергнутыми, любимыми или покинутыми, является для нас образ матери и ее отношение к нам. Поэтому у многих людей отношения с матерью формируют основу понятий о Боге.

Не важно, осознаем ли мы такой ранний детский опыт. В любом случае наша жизнь — от низших ее проявлений до высших состояний, от реакции на автомобильную пробку до чувств, вызванных смертью любимого человека, — является выражением, или, скорее, отображением имеющихся у нас сокровенных верований.

Пролог Дабы понять, во что вы на самом деле верите, осознайте свои истинные ценности. Обратите внимание на собственное поведение — в особенности в тех ситуациях, когда вы стремились к чему-то и не получили желаемого, а также на то, как вы обычно проводите свободное время и на что предпочитаете тратить деньги.

И конечно, уделите внимание тому, как вы едите.

Тогда вам быстро станет ясно, считаете ли вы мир враждебным местом и стремитесь ли держать абсолютно все под контролем, чтобы избежать возможных проколов. Вы выясните, одиноки ли вы в действительности, даже если у вас нет семьи, и много других очень важных вещей. Мало того — вы поймете, как еда служит выражением ваших глубинных убеждений.

Сейчас я провожу ретриты два раза в год, и многие из тех, кому они помогли побороть болезненную зависимость от еды и нормализовать собственный вес, все равно посещают их. Для чего? Для того, чтобы, по словам этих людей, вернуться домой — к самим себе.

*** Надеюсь, что этот пролог покажет вам, для чего написана моя книга и почему, собственно, ее стоит читать.

Во-первых, эту книгу следует прочесть каждому, кто ест.

И каждому, кто хочет понять, почему он переедает. Вовторых, она сослужит хорошую службу всем, кто намерен избавиться от сковывающих их неосознанных ограничений и зависимостей. Она укажет им дорогу туда, куда они стремятся, — к легкости в теле, сердце и мыслях, к непоколебимому спокойствию и ощущению, что каждый день нашей жизни поистине священен.

Мир на наших тарелках

И в-третьих, она нужна тем, кто когда-либо задумывался о смысле жизни или чувствовал себя покинутым Богом.

Неужто я только что включила в свой список все человечество? Похоже на то. Впрочем, чего еще ждать от человека, который, прожив две трети своей жизни, не перестает удивляться могуществу и смыслу наших отношений с едой!

Итак, здесь вы найдете все, что известно мне о том, как питание может стать путем к развенчанию мифов о похудении, к освобождению от страданий и к ощущению священного присутствия Силы, которую многие

Похожие работы:

«Том 8, №6 (ноябрь декабрь 2016) Интернет-журнал "НАУКОВЕДЕНИЕ" publishing@naukovedenie.ru http://naukovedenie.ru Интернет-журнал "Науковедение" ISSN 2223-5167 http://naukovedenie.ru/ Том 8, №6 (2016) http://naukovedenie.ru/vol8-6.php URL статьи: http://naukovedenie.ru/PDF/72TVN616.pdf Статья опубликована 18.01.201...»

«Ело Ринпоче КОММЕНТАРИИ К ТЕКСТУ "ЛАМА ЧОДПА" Улан-Удэ Издательство дацана "Ринпоче Багша" Е961 Ело Ринпоче Ело Ринпоче. Комментарии к тексту "Лама Чодпа" Улан-Удэ, издательство дацана "Ринпоче Багша", 2014 – 232 с. Книга является практическим руководством к вы...»

«Сергей Ковалев НЕЙРОТРАНСФОРМИНГ. Команда нашего "Я" Твои Книги МОСКВА ББК 88.4 УДК 159.92 К37 Ковалев С. В. НЕЙРОТРАНСФОРМИНГ. КОМАНДА НАШЕГО Я*. М Твои книги, 2011.-192 с. ISBN 978-5-903881-14-7 В новой книге признанного лидера отечественного нейролингвистического программирования и автора двух наиболее ин­ тересных ег...»

«Он создал человека из звенящей глины (55:14) Шейх Мухаммад Назим Адиль аль Хаккани ан-Накшбанди, Сохбет от 13 марта 2014. O львы, O те, кто направлен к Своему Господу, те, кто любит Своего Господа, кто любит Своего Возлюбленного, давайте скажем Бисмиллахи рРахмани р-Рахим. Давайте послушаем то, что говорит Шах Мардан. Бремя, что лежит у нас на плечах, исч...»

«ROLSEN RPD-10D09G портативный DVD плеер c ТВ тюнером РУКОВОДСТВО ПО ЭКСПЛУАТАЦИИ пожалуйста, внимательно прочитайте перед началом эксплуатации ОСОБЕННОСТИ • Воспроизведение DVD/VCD/SVCD/MPEG4/CD/CD-R/CDRW/ MP3/JPEG/KODAK/PICTURE CD/DIVX • Цифровой поворотный...»

«УДК 621.38 К. С. К а л а ш н и к о в АЛГОРИТМ КОМПЕНСАЦИИ МЕЖКАНАЛЬНЫХ ПОМЕХ ПРИ ПРИЕМЕ OFDM-СИГНАЛОВ В УСЛОВИЯХ КАНАЛОВ С ЗАМИРАНИЯМИ Предложен алгоритм оценки искажений OFDM-сигналов, связанных с межканальн...»

«муниципальное бюджетное дошкольное образовательное учреждение "Детский сад № 120" общеразвивающего вида с приоритетным осуществлением деятельности по социально-личностному направлению развития воспитанников. Публичный отчет за 2012-2013 учеб...»

«СОГЛАШЕНИЕ ОБ ОБЩИХ ПРАВИЛАХ И УСЛОВИЯХ ПРЕДОСТАВЛЕНИЯ БАНКОВСКИХ УСЛУГ 1. ТЕРМИНЫ И ОПРЕДЕЛЕНИЯ, ПРИМЕНЯЕМЫЕ В СОГЛАШЕНИИ Если не указано иное, термины и определения, используемые в настоящем Соглашении, имеют следующие значения:...»








 
2017 www.lib.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные материалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.