WWW.LIB.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные матриалы
 


«41 Харківський національний педагогічний університет ім. Г. С. Сковороди. Наукові записки. Сер. Літературознавство. – Х.: ХДПУ, 2006. ...»

41

Харківський національний педагогічний університет ім. Г. С. Сковороди. Наукові записки.

Сер. Літературознавство. – Х.: ХДПУ, 2006. Вип.4(48). – С.41-49. – 0,91 у.д.а.

Е. А. Прокофьева

А. К. ТОЛСТОЙ И Н. МАКИАВЕЛЛИ: «ЦАРЬ БОРИС» И «ГОСУДАРЬ»

Творчество выдающегося русского писателя, поэта и драматурга Алексея

Константиновича Толстого (1817-1875) незаслуженно мало и необоснованно

редко попадает в поле интереса современных ученых. Из работ последних лет

можно отметить лишь статьи В. А. Кошелева [1], А. Солженицына [6], Е. Н. Пенской [5], А. В. Федорова [8] и главу монографии В. И. Мильдона [4].

Отдельного упоминания заслуживает изыскание украинской исследовательницы С. И. Храмовой [9], опубликованное десять лет назад, но в принципе не утратившее актуальности. Однако говорить сегодня об изучении наследия А. К. Толстого как о стойкой и постоянной научной тенденции не приходится. Кроме того, заметно определенное снижение внимания к когда-то популярному автору, настойчивое его «выталкивание» во «второй ряд»

русского литературного процесса девятнадцатого века.

С нашей точки зрения такое отношение к произведениям А. К. Толстого неоправданно. Их семантический потенциал не раскрыт до конца, многие из несомненных художественных достоинств не выявлены. В частности заслуживают отдельных рассмотрений под- и прототекстовые слои его сочинений, источники, традиции, мотивы, послужившие автору отправными точками, определившие семантический вектор его творений. Ярким примером такого явления и в тоже время одним из «скрытых» смысловых «узлов»

считаем наличие в драматической трилогии Толстого макиавеллизма. Он воплощен в образе Бориса Годунова, сначала одного из думских бояр, затем правителя царства, наконец, монарха.

Поводом написания данной статьи стало исследование Л. М. Лотман [2], касающееся проникновения в смысловой строй «Бориса Годунова»

А. С. Пушкина традиций и политических обобщений Н. Макиавелли (1469Связаны они в первую очередь с сочинением «Государь» («Il principe», 1532). Мы усматриваем также заметный макиавеллевский «след» в драматической трилогии Толстого, более всего в заключительной ее части – «Царь Борис» (1869). Отметим, что Пушкин хорошо знал и высоко ценил творчество итальянского мыслителя. В личной библиотеке автора «Бориса Годунова» было несколько изданий сочинений Макиавелли, а в трудах в не раз упоминается имя этого «великого знатока природы человеческой».

Следовательно, можно говорить о непосредственном воздействии макиавеллевских идей и принципов на Пушкина.

С Толстым – сложнее. Его дневники и эпистолярии не содержат никаких ссылок или указаний на работы итальянского мыслителя. Влияние, если таковое имело место, могло быть только опосредованным, актуализированным из каких-то неизвестных исследователям источников или из традиции.

Возможно, что мы, в данном случае, сталкиваемся с удивительной историософской аналогией: разными авторами, в разные эпохи, на достаточно различном материале – политическом и художественном были сделаны идентичные выводы и умозаключения. Потому целью написания этой статьи стало уяснение важности одного из нефабульных мотивов пьесы, детерминирующего ее смысловой строй, характер и масштаб. Задача – выявление архетипических составляющих аксиологической доминанты драматургического сочинения.

Напомним вкратце содержание драматической трилогии, точнее, сюжетное движение, связанное с удивительным подъемом по служебной лестнице главного героя – Бориса Годунова.





Он не принадлежал к знатной фамилии, но, будучи человеком умным и деятельным, сумел завоевать расположение Иоанна IV. Годунов получил уникальный титул «ближнего боярина» и место в «пентархии» – совете из пяти сановников, созданном умирающим царем в помощь сыну-наследнику. Борис являлся шурином Федору Иоанновичу и эта родственная связь позволила ему разгромить «пентархию» и сделаться единственным управителем царства («Смерть Иоанна Грозного»). Также Годунову удалось избавиться от двух весьма вероятных в будущем претендентов на престол – царевича Дмитрия, младшего брата Федора, и народного героя, воеводы князя Ивана Петровича Шуйского. Борису, окончательно закрепившему свой приоритет в вопросе, кто «царством править может», остается только дождаться смерти Федора, чтобы основать собственную династию («Царь Федор Иоаннович»).

С этого, с карьерного и человеческого триумфа Годунова, начинается «Царь Борис» – последняя часть драматической трилогии. Именно здесь вскрываются, постепенно обнаруживаются и становятся довлеющими годуновские просчеты. Казалось бы выигрышные политические комбинации, универсальные государственные принципы, хитроумные интриги в итоге оборачиваются ошибкой, разрушающей «здание жизни». Царь умирает, сознавая, что его преступление повлекло за собой бедствия страны, спровоцировало интервенцию и гражданскую войну. Толстой настаивает на провиденциалистическом наказании своего героя за аморализм, за попрание человеческой природы, за обесценивание добра – «господь карает ложь – / От зла лишь зло родится» [7, т.2, с.551]. Однако в таком художественно убедительном, но глубоко личном, субъективированном крушении литературного Бориса Годунова, просматриваются, на наш взгляд, вполне объективные исторические тенденции, выявленные и сформулированные Макиавелли.

Так, итальянский мыслитель считает, что «государства приобретаются либо своим, либо чужим оружием, либо милостью судьбы, либо доблестью» [3, с.4]. Эти пути наиболее вероятны, они легко принимаются окружающими в качестве достаточного основания для обладания троном. Но у Бориса – иная ситуация. Герой только декларирует, что Соизволеньем божиим и волей Соборной Думы – не моим хотеньем – Я на престол царей и самодержцев Всея Руси вступаю днесь [7, т.2, с.410] (подчеркнуто нами – Е.П.).

На самом деле имела место целая серия политиканских манипуляций, психологических спекуляций, провокаций, стимулировавших нужное Годунову решение вопроса. В день венчания Бориса на царство, в момент его наивысшего торжества придворные обсуждают – то есть все еще помнят – ранее поражавшее всех упорное «нежелание» сделаться монархом. Правитель «запирался» в монастыре, шесть недель отказывался от престола, затем еще семь месяцев откладывал формальное на него вступление – коронацию. Перед нами не милость судьбы, не личная доблесть, о которых говорит Макиавелли, – их имитация.

Далее в «Государе» отмечается, что «нет дела, коего устройство было бы труднее, ведение опаснее, а успех сомнительнее, нежели замена старых порядков новыми» [3, с.17-18]. Реформаторская деятельность Бориса всегда давалась ему нелегко, оценивалась достаточно негативно и имела немало сильных противников. Уже в «Царе Федоре Иоанновиче» оппоненты Годунова – радетели «старины» Шуйские активно сопротивлялись правителю с аргументом «он же ставит / Всю Русь вверх дном» [7, т.2, с.267]. Тогда речь шла об изменениях в общественном устройстве, о еще большем закабалении крестьян, об ограничении роли боярской аристократии в управлении страной.

Врагов «дела своего» Годунов уничтожил, устранил физически.

В «Царе Борисе» установление «новых порядков» происходит в семье главного героя и снова имеет трагический исход. Выбор будущего зятя и его непозволительное с точки зрения обычая знакомство с невестой до свадьбы вызывают резкое осуждение, категорическое неприятие супруги Годунова – Марии Григорьевны.

Ее диалог с придворной наполнен язвительностью и сарказмом, которые адресованы происходящим переменам:

Волохова И скоро-де совсем не будет можно Узнать Руси!

Царица Да. И теперь ее, Пожалуй, не узнаешь. Чай слыхала?

Просватали царевну! [7, т.2, с.456].

Вскоре неугодный жених – «немчин» умирает от внезапной странной болезни.

Для Бориса – это катастрофа целого государственного предприятия. Ему не удается связать «древнюю, расторгнутую цепь / Меж Западом и русскою державой» [7, т.2, с.519], без войны вернуть Руси выход к Варяжскому (Балтийскому) морю.

Справедливым представляется и следующее утверждение Макиавелли об устройстве государственного организма. «Если своевременно обнаружить зарождающийся недуг, что дано лишь мудрым правителям, то избавиться от него нетрудно, но если он запущен так, что всякому виден, то никакое снадобье не поможет» [3, с.9]. Основано оно на точном и емком наблюдении, что промедление «может обернуться чем угодно, ибо время приносит с собой как зло, так и добро, как добро, так и зло» [3, с.9]. Так в день коронации, в зените успеха герой Толстого узнает о первых, только появляющихся признаках недовольства своим правлением.

Сначала докладывают о критических высказываниях целого семейства Романовых, «мутящих бояр» против царя. Они небеспочвенны, неголословны, вызваны реальными противоречиями между крупными и мелкими землевладельцами. Затем приходит известие об аресте двух смердов, которые Бориса «перед толпой негодными словами / Осмелились поносить» [7, т.2, с.430]. Однако он полагает, что нет нужды в чем-то разбираться, не усматривает в происходящем никакой угрозы и всех прощает. В дальнейшем герой Толстого примет решение расправляться с представителями народа, выступающими против него, но еще раз «повременит» с наказанием Романовых. Их заключения под стражу избежать все равно не удастся, но в этот момент Борис запоздало понимает, что уже «отпадает» вся Русь.

Также не придаст важности царь и известию о самозванце, находящемся в Польше: «то звук пустой; рассеется он скоро, / Как ветром дым» [7, т.2, с.450].

Потом ему покажется, что с объявлением любого имени, допустим, Григорий Отрепьев, афера мнимого претендента на трон будет исчерпана. В итоге в смерти Дмитрия и, следовательно, легитимности династии Годуновых усомнится даже сын Бориса – царевич Федор. Возникнет необходимость в признании в убийстве, в ужасном саморазоблачении – потере любви, уважения, поддержки собственного наследника.

Макиавелли, тонкий психолог, пишет: «любят государей по собственному усмотрению, а боятся – по усмотрению государей, поэтому мудрому правителю лучше рассчитывать на то, что зависит от него, а не от кого-то другого» [3, с.51]. В драматической трилогии по этому поводу мы снова сталкиваемся с неоднозначными, скорее рискованными, чем полезными действиями царя

Бориса:

Не страхом я – любовию хочу Держать людей. Прослыть боится слабым Лишь тот, кто слаб; а я силен довольно, Чтоб не бояться милостивым быть.

Вернитеся к народу, повестите Прощенье всем – не только кто словами Меня язвил, но кто виновен делом Передо мной – хотя б он умышлял На жизнь мою или мое здоровье [7, т.2, с.431-432] (подчеркнуто нами. – Е.П.).

В продолжение своего правления, в условиях кризиса Годунов столкнется с изменой тех, кто «слезно» молил его занять престол, наружной покорностью и в это же время служением врагу, с полным забвением тех благ, которые были совершены для государства.

Не менее существенно мнение Макиавелли, касающееся использования монархом так называемых непопулярных мер. «Жестокость применена хорошо в тех случаях – если позволительно дурное назвать хорошим, – когда ее проявляют сразу и по соображениям безопасности, не упорствуют в ней и по возможности обращают на благо подданных; и плохо применена в тех случаях, когда расправы совершаются редко, но со временем учащаются, а не становятся реже» [3, с.28]. В «Царе Борисе» мы видим постоянное увеличение репрессий.

Этим демонстрируется и отступление героем от первоначально избранной им линии поведения, и постепенная, все нарастающая утрата контроля над происходящими событиями.

Сначала царь думает только об острастке наиболее заносчивых своих противников:

Решился твердо я Одной любовью править; но когда Держать людей мне невозможно ею – Им гнев явить и кару я сумею! [7, т.2, с.451].

Затем его настроение некоторым образом изменяется:

Чем это зло скорей Я пресеку, тем мне скорее можно Вернуться будет к милости [7, т.2, с.466].

Потом мы видим Бориса вынужденного к насилию как к превенции, к ограждению себя и страны от изменников. Он отдает распоряжение воеводам Чтоб всех, Кто лишь помыслит к вору перейти, Всех, без пощады, смертию казнили! [7, т.2, с.479].

Наконец, Годунов – несмотря на разительный психологический контраст начальной и завершающей частей трилогии – уподобляется Ивану Грозному, когда-то резко осуждаемому.

В отчаянии Борис бросает врагам и судьбе вызов:

Меня царем Иваном Они зовут? Так я ж его не в шутку Напомню им! Меня винят упорно – Так я упорно буду их казнить!

Увидим, кто из нас устанет прежде! [7, т.2, с.481].

Здесь образуется некий витальный круг: вернуться на прежнюю стезю, «не бояться милостивым быть» уже не получится. Наоборот, в результате карательных акций усилятся взаимная разобщенность царя, бояр и народа, смуты и междоусобицы. Русь окажется в состоянии «горестного шатания» и повсеместного неустройства. Внешняя агрессия и экономический кризис станут закономерным продолжением, казалось бы, прогрессивной реформаторской деятельности Бориса.

В смысловом поле драматической трилогии особо важен такой аспект размышлений Макиавелли: представителей знати, неготовых разделить судьбу властителя «надо остерегаться и бояться не меньше, чем явных противников, ибо в трудное время они всегда помогут погубить государя» [3, с.30]. Князь Василий Иванович Шуйский, один из одиозных персонажей русской истории, является ярким примером, подтверждающим логичность и правоту мнения итальянского мыслителя.

В «Смерти Иоанна Грозного» Шуйский инспирирует дискредитацию Годунова. Нанимает провокатора, чтобы натравить на него уличную толпу. В «Царе Федоре Иоанновиче» князь Василий изобретает против правителя сложнейшую многоходовую интригу – челобитную о царском разводе, вовлекает в нее аристократов, духовенство, купцов. Узнав же, что Годуновым предприняты контрмеры, с легкостью переходит в противоположный лагерь.

«Борис Феодорыч! О чем мне думать? / Я твой слуга!» [7, т.2, с.385], – спешит заявить он после ареста дяди и братьев.

В «Царе Борисе» Шуйский продолжает виртуозно лавировать между паникующим царем и боярами, нетерпеливо ждущими военных успехов Лжедмитрия. Именно ему принадлежит бесчеловечная идея привести из дальнего монастыря в Москву инокиню Марфу, вдову Иоанна Грозного.

«Пускай перед народом / Свидетельствует крестно, что Димитрий / Во гробе спит» [7, т.2, с.480], – предлагает князь Василий «средство» противодействия общественному мнению о чудесно спасшемся царевиче. На самом же деле ее появление закономерно усиливает смятение и раздоры. По наущению Шуйского от войска отзывается удачливый полководец Басманов.

Правительственным ратям не удается развить успех, самозванец получает передышку. Показательно, что Борис хорошо знает цену князю Василию, но не пресекает, а намеревается – естественно, тщетно – использовать в своих интересах.

В конце концов, именно Шуйский подводит черту под сроком правления Годунова. После разговора с царем он констатирует внезапно возникшее сходство между Борисом и своим покойным дядей. Затем на Красной площади князь Василий делает такое каверзное заявление против наступающего самозванца, что в народе московском укрепляются сомнения в смерти Дмитрия Ивановича. В хитроумной речи Шуйский мастерски противопоставляет царя в отчаянном положении, способного только «рвать языки», и претендента на трон, обещающего возврат Юрьева дня и другие милости. Близкое политическое банкротство Бориса становится очевидным для всех.

Интересно суждение Макиавелли о том, что «война есть единственная обязанность, которую правитель не может возложить на другого» [3, с.43].

Кроме того, «государь, не сведущий в военном деле, терпит много бед, и одна из них та, что он не пользуется уважением войска и в свою очередь не может на него положиться» [3, с.44]. Толстой на протяжении трилогии не раз акцентирует внимание на неспособности или нежелании Годунова разрешать возникший конфликт с оружием в руках, в открытом поединке. Он – адепт дипломатии, доверяющий только ее средствам.

В «Царе Федоре Иоанновиче» Борис, правитель царства, идейно противопоставлен Ивану Петровичу Шуйскому – верховному воеводе. Годунов себе в заслугу вменяет успехи внешней политики и стабильность внутри страны без ведения каких-либо боевых действий. Его оппоненту – идеальному рыцарю-ратнику тесно и неуютно в мирное время. Вооруженное столкновение представляется неизбежным. Случайность отдает в руки правителя его врагов, дает возможность из-под тишка покончить с ними. Затем на Москву надвигается ногайская орда. Все ждут, что оборону возглавит Борис, однако, со словами «я муж совета, ты же муж войны» [7, т.2, с.400], – он передает командование князю Мстиславскому.

В заключительной части трилогии рассказывается, что Годунов «в шеломе», с пятисоттысячной ратью ожидал нашествия татар, но хан КазыГирей, устрашенный, отступил без кровопролитья. Начало царствования Бориса отмечено неприкосновенностью рубежей, и он делает оптимистический прогноз: «Русь / Ограждена от войн теперь надолго» [7, т.2, с.447]. В основе таких чаяний то, что «соседние наперерыв державы / Нам предлагают дружбу и союз» [7, т.2, с.447]. Интервенция, произошедшая вскоре, продемонстрирует насколько заблуждался царь, уверовав в непогрешимость своей дипломатической стратегии. Он будет менять главнокомандующих, посылать воеводам бесполезные приказы казнить помышляющих об измене, а сам будет не в состоянии оставить Москву и выехать к войску, опасаясь предательства в тылу. Зависимость от талантов и верности военачальников сделала Бориса наиболее уязвимым, она, по сути, и обрекла на гибель.

Кроме того, отзыв главнокомандующего Басманова от войска чреват еще одной опасностью, отмеченной Макиавелли. «Случись тяжелое время, зло делать поздно, а добро бесполезно, ибо его сочтут вынужденным и не воздадут за него благодарностью» [3, с.29]. Так все без исключения персонажи заключительной сцены «Царя Бориса» хорошо понимают настоящую причину чествования и возвышения удачливого полководца: Годунов стремится навязать окружающим мнение о возвращении к нему благосклонности судьбы, продемонстрировать – к слову, отсутствующие, – государственные паритеты.

Искусственность ситуации недобровольного добра усиливается горькими замечаниями самого виновника торжества. Басманов недвусмысленно заявляет, что лучше бы ему оставаться с войсками, не давать врагу опомниться. Только в этом случае царская милость была бы действительно заслуженной, а не вынужденной.

Кстати, вера в расположение фортуны и связанные с ней жизненные удачи занимает в умозаключениях и Макиавелли, и героя Толстого далеко не последнее место. Итальянский мыслитель предсказывал, что «если государь всецело полагается на милость судьбы, он не может выстоять против ее ударов»

[3, с.74], а «кто меньше полагается на милость судьбы, тот дольше удерживается у власти» [3, с.17]. Годунов, как мы знаем, получил возможность занять трон, совершив преступление, физически устранив законного наследника. Начиная свое царствование, он хочет «свести с совестию счеты», определить себе позитивный «заслуг и винностей итог» и, таким образом, «разорвать с прошедшим связь». Это опасное настроение возникло из безапелляционной уверенности Бориса – «судьба меня / Не выдала!» [7, т.2, с.426], то есть убийство царевича Дмитрия и грех, связанный с ним, были не бесплодны. Ослепленный своим счастьем, Годунов и далее – еще довольно продолжительное время – будет ошибочно полагать, что «незыблем наш и тверд стоит престол» [7, т.2, с.447]. Потом, сокрушенный успехами самозванца, царь резюмирует: «судьбой так был обманут я» [7, т.2, с.528]. В конце жизни, напутствуя сына в науке управления страной, Борис обозначит ему один из главных ориентиров монарха:

Изменчива судьба.

Мы на лету ее всечасно ласку Ловить должны. Усердье к нам людей С ней заодно [7, т.2, с.536].

Выказываемые ранее, в предыдущих частях трилогии справедливые годуновские требования к качествам государственного деятеля, политика, реформатора отходят здесь на второй план. В «Царе Борисе» в мировоззрении главного героя доминирует агностицизм. Это становится одним из детерминантов постигающей его катастрофы.

Закономерность «кончина государя – не частный случай личной биографии» выведена итальянским мыслителем на конкретном примере его покровителя Чезаре Борджиа, герцога Валентино, незаконнорожденного сына Римского папы Александра VI. Герцог Валентино, стремившийся к объединению раздробленной феодальной Италии, будучи умелым стратегом и ловким тактиком, неумолимо приближался к намеченной цели. Только одно непреодолимое препятствие остановило его. Макиавелли, приехавший навестить заболевшего Чезаре Борджиа, впоследствии вспоминал: «он говорил мне, что все предусмотрел на случай смерти отца, для всякого положения нашел выход, одного лишь не угадал – что в это время и сам окажется близок к смерти» [3, с.24] (курсив наш. – Е.П.). Объединенное итальянское государство было создано только спустя четыре столетия после описываемых событий.

В сходную ситуацию ставит своего героя и автор драматической трилогии. Борис понимает опасное положение страны, одномоментно подвергшейся интервенции и переживающей смену правящей династии. Его намерения связать бояр присягой на верность сыну и, не откладывая, в тот же день короновать Федора логичны и своевременны. Но скоропостижная смерть Годунова оставляет не реализованными эти планы, а юного наследника – в окружении бояр-предателей. Обращенные к ним слова Бориса Блюдите вашу клятву!

Вам ясен долг – господь карает ложь –

От зла лишь зло родится – всё едино:

Себе ль мы им служить хотим иль царству – Оно ни нам, ни царству впрок нейдет! [7, т.2, с.528], могут быть поняты и как предостережение знати, и как мрачный политический прогноз на ближайшее будущее. Этим Толстой завершает свою трагедию, создавая читателям (зрителям) повод для самых мрачных предчувствий.

Коротко укажем еще несколько важных мыслей Макиавелли, претворенных на протяжении «Царя Бориса» его главным героем со знаком «минус»: без поспешности применяться к новым обстоятельствам [3, с.5];

предусмотреть все обиды, чтобы покончить с ними разом, а не возобновлять изо дня в день [3, с.29]; не падать духом в несчастье, не упускать нужных приготовлений для обороны, уметь распоряжаться своим мужеством и вселять бодрость в окружающих [3, с.31]; не предаваться в мирное время праздности [3, с.45]; не ожесточать знать и быть угодным народу [3, с.56]. Самое же главное для монарха – «создать себе славу великого человека, наделенного умом выдающимся» [3, с.67]. Учтем, что «новый государь вызывает большее любопытство, чем наследный правитель, и если действия его исполнены доблести, они куда больше захватывают и привлекают людей, чем древность рода» [3, с.72]. Потому следует признать полный провал Годунова в столь желанной роли царя и неспособность основать династию исключительно результатом его собственных необдуманных и неоправданных деяний.

В заключении скажем, что нами проанализирована и сопоставлена с драматической трилогией только часть трактата «Государь», хотя и довольно значительная. На этом основании уже возможно сделать вывод о несомненном сходстве историософских воззрений Макиавелли и Толстого. Царь Борис, главный герой одноименной трагедии, подтверждает, используя математический метод доказательства от противного, все основные постулаты макиавеллевской доктрины власти, этого аксиологического и политического архетипа. Крах Годунова-монарха закономерен, объективен, логичен, кроме того, спровоцирован им самим и в принципе лишен какой бы то ни было мистической подоплеки. Дальнейшее исследование этой проблемы представляется актуальным на более широком материале драматической трилогии, других ее образах, сюжетных и внесюжетных мотивах, исторических и политических аллюзиях, всем драматургическом наследии Толстого.

ЛИТЕРАТУРА:

1. Кошелев В.А. Хомяков и граф А. К. Толстой: русская историческая мифология в литературном осмыслении // Рус. лит. – 2004. – № 4. – С.85-105.

2. Лотман Л.М. Замысел трагедии «Борис Годунов». Ее место в контексте творчества Пушкина // Пушкин А.С. Борис Годунов / Предисловие, подгот. текста, статья С. А. Фомичева. Коммент. Л. М. Лотман. – СПб.: Академич. проект, 1999. – С.129-166.

3. Макиавелли Н. Государь. – М.: Планета, 1990. – 84с.

4. Мильдон В.И. «Как повелось от предков» («Царь Федор Иоаннович» А. К. Толстого) // Вершины русской драмы. – М.: Изд-во Моск. ун-та, 2002. – С.182-199.

5. Пенская Е.Н. А. К. Толстой и А. С. Пушкин: к вопросу исторической традиции в литературе 1860-х годов // Достоверность и доказательность в исследованиях по теории и истории культуры: Сб. статей. Кн. 1 – М.: РГГУ, 2002. – С.349-360.

6. Солженицын А. Алексей Константинович Толстой – драматическая трилогия и другое // Новый мир. – 2002. – №9. – С.137-144.

7. Толстой А.К. Собрание сочинений: В 4 т. – М.: Худож. лит., 1963-1964.

8. Федоров А.В. Литературный портрет А. К. Толстого // Лит. в школе – 2002. – № 8. – С.2-9.

9. Храмова С.И. Драматургия А.К.Толстого // Рус. яз. и лит. в учеб. заведениях. – 1997. – № 7-8. – С.1-6.

АНОТАЦІЯ Стаття побудована на порівнянні історіософських ідей та принципів видатного італійського політичного мислителя, філософа, автора літературних творів Ніколо Макіавеллі (1469-1527) та видатного російського письменника, поета, драматурга Олексія Костянтиновича Толстого (1817-1875). Образ російського царя Бориса Федоровича Годунова, зображений Толстим у драматичній трилогії, передусім у трагедії «Цар Борис», підтверджує основні положення владної доктрини, викладені у трактаті Макіавеллі «Державець». Аксиологічна подібність шедеврів митців різних епох та культур, історичного та художнього матеріалу викликає думку про підсвідому актуалізацію Толстим архетипу



Похожие работы:

«Муниципальное казённое учреждение культуры "Централизованная библиотечная система города Орла" Центральная детская библиотека им. И. А. Крылова Их судьбы связаны с Орлом Герой Советского Союза Цветаев Вячеслав Дмитриевич Биобиблиографическая памятка 12+ Орёл -2014 ГеройСоветского Союза Цветаев Вячеслав Дмитриев...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования "КУБАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ"МЕ Т О ДИ Ч Е С К И Е З А ДА Н И Я ДЛ Я С АМ О С Т О Я Т Е Л Ь Н ОЙ РА Б О Т Ы по дисциплине Б...»

«Министерство здравоохранения Республики Беларусь УО "Витебский государственный медицинский университет" Белорусское научнопрактическое общественное объединение "Ассоциация акушеров-гинекологов и неонатологов" Охрана материнства и детства Рецензируемый научно-практический медици...»

«II Международный конкурс научно-исследовательских и творческих работ учащихся "Старт в науке" Научно-исследовательская работа Номинация: Технология Элемент домовой резьбы – наличники Выполнила: Вожакова Надежда учащаяся 10 клас...»

«Положительно определённые функции как инструмент математического анализа Е. А. ГОРИН Московский педагогический государственный университет e-mail: evgeny.gorin2012@gmail.com УДК 517.98 Ключевые слова: асимптотический закон распределения простых чисел, неравенства Бернштейна, голоморфность, банахова эрмитовость. Аннотаци...»

«СОГЛАСОВАНО УТВЕРЖДАЮ Начальник УГИБДД УМВД России Начальник Рыбинской ОТШ по Ярославской области ДОСААФ России Сироткин А.В. Е.Ф. Попов "" 2014 г. ""_2014 г. РАБОЧАЯ ПРОГРАММА ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ПОДГОТОВКИ ВОДИТЕЛЕЙ ТРАНСПОРТНЫХ СРЕДСТВ КАТЕГОРИИ В Обсуждено н...»

«Mruncrepcrao o6paroB&Hns tr HayKs PoccrficKofr @ OeAep!,'EHoc mcyapcrBetroe 6$IpagaHoe o6pa3oBtre.nL{oe J rp€64a'are {MocKoBcKRft fleAarorrlqecxrlft rocyAap (.( I,I.o. peKropa _J_t} trPO...»

«МБДОУ "Детский сад № 50" г. Перми "Красная шапочка" ЖУРНАЛ ВОСПОМИНАНИЙ И ОТЗЫВОВ О ДЕТСКОМ САДЕ 75-летию посвящается Никогда не забудется прошлое За чертой горизонта не скроется. С фотографии старой заброшенной Светлый взгляд неожиданно...»

«Б1.Б.7 Введение в психолого-педагогическую деятельность Цели и задачи изучения дисциплины (модуля) Цель: укрепление интереса студентов к избранной сфере деятельности, обеспечение осознания мотивов выбора профессии педагога-психолога; формирование обобщенного образа педагога-психолога-профессионала, установки на профессио...»

«Прогулки по европейскому городу: аллея, boulevard, promenade, alberato, passеggiata Е.Ю. Булыгина, Т.А. Трипольская НОВОСИБИРСК Настоящая статья продолжает серию публикаций 1 в рамках проекта "Русско-итальянский травелог", вдохновителем и руководителем которого была д...»








 
2017 www.lib.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные матриалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.